— Доктора нет дома.
Раубольд кивнул с таким видом, будто другого ответа и не ожидал.
— На двери его квартиры висит записка.
— В которой написано, что он сбежал вместе с Пляйшем? Сбежал, боясь ответственности? — Раубольд повернулся к Хиндемиту. — Ты сам уговаривал меня быть лояльным. Привлекать на нашу сторону всех, чтобы овладеть народными массами. Для этой цели подходят и Пляйш и Феллер. И я поверил в это, но ошибся. Разве нет? А если к нам придет этот доктор или священник и скажет… Но никто из них к нам не придет, они оба удрали! Феллер даже написал объяснительную записку. Не так ли?
— В записке сказано, что он находится в больнице.
Раубольд почесал затылок.
— Интересно, чем Феллер занимается в больнице?
— Хирург проводит операции, а доктор Феллер присутствует при этом. Я был там и видел доктора собственными глазами. С ним самим мне поговорить не удалось. Они оперируют солдат…
— Ага, — понимающе кивнул Раубольд.
Хиндемит хитровато улыбнулся.
Раубольд молча заходил по комнате, а затем сказал:
— Доктор Феллер не может оперировать раненых. Он давно дисквалифицировался как хирург. Его стихия — прописывать таблетки и делать уколы. В крайнем случае, он может вправить вывих, но никаких хирургических операций он делать не может. Не пойму, зачем ему понадобилось идти в больницу? Я ему, конечно, доверяю. При нашей власти он научится делать самые сложные операции.
В этот момент вернулись еще двое посыльных.
— Ентц скоро будет здесь! — сказал один из них.
Раубольд молча кивнул.
— Хайнике нет дома, — доложил второй посыльный. — Квартира его открыта. Постель заправлена. Значит, он не ложился спать.
— Да все они никак рехнулись! — взорвался Раубольд.
— Я оставил ему записку. Если он вернется домой, то наверняка увидит ее и прочтет.
Раубольд так устал, что, присев за письменный стол, тут же заснул, положив голову на руки. Сквозь сон он слышал, как товарищи вполголоса обсуждали, куда же могли деться священник и Хайнике…
Вскоре появился ландрат доктор Каддиг.
— Господа, — начал он, даже не поздоровавшись с присутствующими, — с завтрашнего дня я не намерен больше выполнять свои обязанности.
— Садитесь и подождите. Мы сами решим, оставлять вас на этой должности или нет, — заявил ему Раубольд.
Каддиг, однако, продолжал стоять у порога, не сводя глаз с Раубольда. Ландрат твердо решил ни за что не оставаться на своей должности, так как не мыслил, как он может сработаться с Раубольдом.
Раубольд явно нервничал, беспокоясь за Хайнике.
Вскоре пришли Ентц и доктор Феллер. Увидев их, Раубольд спокойно вздохнул и откинулся на спинку стула. Вытянув ноги, он даже улыбнулся. И тут же подумал, что должен их как следует напугать: пусть поймут, что судьбу восстания ни в коем случае нельзя пускать на самотек.
«Я буду бороться, сидя вот за этим письменным столом. Это тоже своего рода баррикады. Я сумею распорядиться судьбой всех узников тюрьмы. Пусть удивляются и Ентц, и Каддиг, и Феллер…»
— Будем ждать Хайнике, — заметил Ентц.
— Пустая трата времени.
— До свидания, господа, — сказал Каддиг. — Если вы так единодушны в своем мнении, то…
— Оставайтесь здесь, Каддиг! — приказал ему Раубольд.