[За углубление знакомства с главным БОССОМ, включая обмен сведениями об интересах и хобби, развивший глубину персонажа, вам начисляется 150 баллов крутости!]
В гробу я видел такие хобби, уж не сочти за каламбур, дражайшая Система!
Пока они созерцали друг друга, та самая темнокожая демоница запрыгнула на спину змеи с грацией антилопы. Обернувшись к ней, Шэнь Цинцю обнаружил, что это не такая уж и метафора: у нее и впрямь были стройные ноги лани с изящными копытцами.
– Господин! Неправда ли, мы направляемся в чудное место? – оглядевшись, жизнерадостно заявила она.
– Самое лучшее, – с улыбкой махнул ей рукой Тяньлан-цзюнь.
– Там много воды? – с подкупающей наивностью поинтересовалась демоница.
– Горы и долы там сплошь испещрены реками, – поведал Тяньлан-цзюнь, – что тянутся, насколько хватает взора.
Возликовав, девушка вновь соскочила со змеи, растворившись в рядах собратьев. Отнюдь не разделявший ее восторга Шэнь Цинцю не удержался от вопроса:
– Куда вы их ведете?
– Разве мастер Шэнь еще не догадался? – лениво бросил в ответ Тяньлан-цзюнь. – Зачем же спрашивать о том, что вы и без меня отлично знаете?
Горы и долы, испещренные реками… Речь уж точно шла не о Царстве демонов. Похоже, это «самое лучшее место» располагалось в Царстве людей.
– Судя по тому, что я вижу, – вновь заговорил Шэнь Цинцю, – вы ведете за собой не менее пятой части населения южных земель Царства демонов. Ваша Милость, неужто вы и впрямь рассчитываете, что сможете провести столь большой отряд через пограничные земли под носом у заклинателей?
– А кто сказал вам, будто я собираюсь идти через пограничные земли? – выпрямившись, он издал презрительный смешок. – Зачем же, по вашему мнению, мне тогда этот меч?
– Вы планируете прорезать проход между мирами? – догадался Шэнь Цинцю.
– Если быть точным, я собираюсь их объединить, – поправил его Тяньлан-цзюнь.
Подумать только, объединить царства людей и демонов!!!
Примечания:
[1] Три вида – в оригинале 三道 (sāndào) – в букв. пер. скит. «три пути» (道 (dào) – дао, как в даосизме), означает также «троякое постижение (при чтении: глазами, на слух, сознанием)» и «три блюда».
[2] Сталкиваясь, словно мощные океанические течения – в оригинале 翻江倒海 (fān jiāng dǎo hǎi) – в букв. пер. с кит. «перевернуть вверх дном реки и моря», образно в значении «перевернуть всё вверх дном, учинить хаос».
[3] Главные органы – 脏腑 или 臟腑 (zàng-fǔ) чзан-фу: цзан 脏 (zàng) – органы, подвластные энергии инь: сердце, печень, селезенка, легкие и почки, фу 腑(fǔ) – органы, подвластные энергии ян: толстый и тонкий кишечник, желчный и мочевой пузыри, желудок и саньцзяо 三焦 (sānjiāo) – три полости внутренних органов.
[4] Во всем этом поднебесном мире ни единому мужчине, будь он стар иль млад – в оригинале здесь две идиомы: 上天入地 (shàngtiān rùdì) – в пер. с кит. «восходить на небеса и спускаться под землю», образно в значении «везде, повсюду, где угодно» и 前无古人,后无来者 (qián wú gǔ rén, hòu wú lái zhě) – в пер. с кит. «в прошлом ― не иметь достойных предшественников, в последующем не знать равных преемников».
[5] Кто из вас здесь взрослый? – оригинале употребляется слово 长辈 (zhǎngbèi) – в букв. пер. с кит. «старшее поколение», «старейшина».
[6] Спутники на тропе совершенствования 双修 (shuāng xiū) шуан сю – обычно в романах о заклинателях это словосочетание означает… не просто совместное совершенствование тела и духа :-)
[7] Утонченная человеческая душа 人杰地灵 (rén jié dì líng) – в букв. пер. с кит. «c прекрасным пейзажем и местными талантливыми жителями», образно о человеке выдающихся талантов или о достопримечательности.
Глава 64. Рандеву во вражеском лагере
Разве это не то же самое, что слить два независимых измерения в одну гигантскую мешанину?
Прежде Шэнь Цинцю даже в голову не приходило, что Тяньлан-цзюнь может замахнуться на подобное, но, с другой стороны, тому, кто владеет Синьмо, это вполне по силам – таковы уж законы жанра, заботливо прописанные Сян Тянь Да Фэйцзи!
В конце концов, именно это в конце романа замутил Ло Бинхэ, объединив миры демонов и заклинателей согласно своему сумасшедшему плану. И до недавнего времени Шэнь Цинцю полагал, что имеет дело именно с таким жадным до власти безумцем.
Однако то, что казалось совершенно естественным при чтении романа, теперь представлялось чем-то расплывчатым и с трудом представимым. Тому Ло Бинхэ совершенно не было дела до ущерба, который он нанесет миру подобными начинаниями – им двигало лишь соображение, что одним царством управлять куда удобнее, чем двумя независимыми уделами, к тому же его денно и нощно допекали жалобы демонических жен и детей, которые плакались на несправедливое распределение ресурсов. В итоге Ло Бинхэ просто-напросто сляпал два царства воедино, словно тесто и начинку.
– Так вот что за дар вы вознамерились преподнести людям? – севшим голосом бросил Шэнь Цинцю. – Вам не кажется, что по отношению к ним это не слишком-то милосердно?