— Платон, Ира, здравствуйте! — восклицает Эльвира Александровна, как только мы выходим из машины.
Платон обнимается с мамой, пожимает руку папе.
А я намеренно долго копошусь с Антоном — не спеша достаю его из автокресла.
Внутри возникает неловкое чувство, как будто я в чем-то виновата. Раньше была их снохой от одного сына, теперь от другого. Действительно, неловко вышло.
Подхожу к ним с Антоном на руках. Стараюсь искренне улыбаться.
— А это кто у нас такой хорошенький. Маленький, — Эльвира Александровна начинает сюсюкаться с внуком. Хочет взять его на ручки, но Антон начинает реветь. На руки его берет Платон, и малыш мгновенно успокаивается, хитрец.
— Он начал бояться незнакомых людей, — говорит Платон, и всем становится ещё более неловко.
— Ну, пошлите, мы тут в кафе недалеко столик заказали. Посидим, поговорим, там есть детская комната, — Эльвира Александровна пытается разрулить возникшее тягостное молчание.
Мы идём в кафе. И я понимаю, что папа Платона, Сергей Викторович, до сих пор не произнес ни одного слова. Неужели его заставили сюда прийти?
Я вообще не понимаю, конечно, причину разлада. Какая разница, с кем живет младший сын. Брак с Андреем распался не из-за него. А из-за Виолетты. А она теперь вхожа в семью. И они ее любят. Парадокс. Так накручиваю внутри себя мысли, что уже и жалеть начинаю, что приехали на встречу.
Когда мы садимся за столик, Сергей Викторович, наконец-то, произносит:
— Ох, посмотри, Эль, а ведь Антошка вылитый я в детстве, — и улыбается. Эльвира Александровна смеётся.
Я тоже улыбаюсь, на этот раз искренне. Моя мама говорит, что Антоша — вылитая я в детстве, я считаю, что Антон похож на Платона, вот свекр нашёл свои черты. Видимо, каждый ищет в ребёнке черты любимого человека.
Антон сидит в детском стульчике, пьёт из бутылочки. Мы едим десерт с чаем, ведем непринуждённую беседу. Смеёмся, шутим. Со стороны — идиллия. Обычная воскресная встреча с родственниками.
— Значит, деньги у тебя получается зарабатывать? Молодец, признаться, не верил, что мои сыновья смогут прожить без моего бизнеса, — хвалит свекр Платона.
— Ир, а ты чем занимаешься? — спрашивает у меня свекровь.
— Дома сижу с Антоном. Хотела подрабатывать репетиторством, но потом передумала, нет необходимости, а с ребёнком все равно за целый день устаёшь. Хорошо, что Платон дома, а так я бы совсем валилась с ног.
Эльвира Александровна кивает и улыбается.
— Правильно, ну хоть кто-то в декрете сидит, а то сейчас молодёжь совсем дома сидеть не может, вот Виолетта, например, в модельный бизнес ушла, съемки, кастинги, а ребёнка не видит.
Возникает неловкое молчание. Хотя я и пытаюсь сделать вид, что это интересная информация для меня.
Свекр машет рукой:
— Что про неё говорить, Эль, непутевая!
Мы с Платоном переглядываемся, вот это поворот, будут при нас ругать свою вторую сноху?
Но нет, разговор про Виолетту больше не заходит.
После кафе мы немного гуляем по улице.
Расстаёмся с ними в хороших отношениях, даже Антоша улыбается и машет ручкой на прощание.
— Не собираетесь возвращаться в столицу? — спрашивает свекр уже около машины.
— Нет, пока не думали об этом, — отвечает Платон.
— Андрей собирался приехать, но не получилось, что-то на работе. Может, завтра прилетит, встретитесь?
Платон тихо отвечает «да», понимаю, что он в своём ответе не уверен.