Снефрид не сводила с Хлёдвира настороженных глаз. Так было уже дважды – на Гусином острове и здесь, когда именно Хлёдвир рассказывал жителям, что в лице Снефрид к ним приехала сама Фрейя. Но как он мог донести это до эйстов?
– Это не я! – Хлёдвир понял ее взгляд. – Клянусь могучим асом – эйстам я ничего о тебе не говорил! Я на их языке ни слова не знаю! Да и когда бы я туда успел – я ведь не отлучался от кораблей!
– Они сказали, что просят позволения войти в рощу и обратиться к богине, – добавил Сигфус. – Сказали, что будут ждать, сколько ей угодно. Но нас тоже не выпустят – Укко им сказал, что люди, которых они застанут в роще, могут вызвать богиню.
– Ётуна мать! – раздалось несколько восклицаний, неуместных в священной роще.
– Давай я вызову его на поединок! – с готовностью предложил Лейви. – Этого их главного. Если я его побью, значит, он недостоин видеть богиню, и пусть убираются к троллям в синюю скалу! Как ни есть, а просто так я им Снефрид не отдам!
– Так ты считаешь, – спросил Асвард, – что их богиня – это Снефрид?
– Ну а кто? Я? Можем еще нарядить в ее платье Хлёдвира – ему будет не впервой прикидываться жен…
– О, Лейви, прекрати! – взмолилась Снефрид. – Нам сейчас только того не хватает, чтобы вы подрались!
– Но откуда они знают про Снефрид? – не сдавался Лейви. – Кто дважды напел людям в уши, мог сделать это и в третий раз! Если уж ему так нравится слава спутника самой богини!
– Если бы Хлёдвир не рассказал мне о ней, я сейчас был бы вдовцом! – вступился за Хлёдвира Сигфус. – Госпожа спасла мою жену, и я назову синим троллем всякого, кто усомнится, что в ней сила Фрейи!
– Но ей самой эта слава шагу ступить не дает!
– Ты же слышал – им сказал их бог! – оправдывался Хлёдвир. – Асвард, клянусь тем бараном еще раз, я не говорил эйстам ни слова! Я из них и не знаю ни одного! На кой мне сдались эти тролли!
– Постойте! – прервала горячий спор Снефрид. – Если им сказал их бог, их привела сюда воля богов. Надо позволить им войти. Небольшим числом. Пусть попросят… может, им явится…
Она вообразила Фрейю – какой видела ее сне, – выходящей из-за берез. Может такое быть? Отчего же нет, но если Фрейя не приснилась кому-то из этих людей, а послала их сюда… скорее всего, боги хотят, чтобы они увиделись именно со Снефрид.
– Вот что! – Хлёдвир воззрился на Снефрид. Он сердито косился на Лейви, но более важная мысль отвлекала его внимание. – Ступай обратно на поляну и спрячься за жертвенником. Когда они придут – покажешься и спросишь, чего они желают. Дашь им какой-нибудь совет, пообещаешь помощь. Ты женщина находчивая, справишься. И пусть убираются восвояси.
– Я, конечно, не думаю, что кто-то из мужчин собирается прикрыться женщиной… – начал неугомонный Лейви.
– Тише! – Снефрид подняла руку, пока он не уточнил «мужчин, которым случалось рожать».
– Ты, видно, мало знаешь, на что способна твоя госпожа! – насмешливо ответил Лейви Хлёдвир. – Я-то знаю! Бояться за нее нечего – она может постоять за себя и против мужчины. Но если вы все решите драться с ними, я не стану прятаться в последних рядах!
– Драться мы не можем, у нас почти нет оружия, – напомнил Асвард и показал пустые руки; у него имелся только длинный нож на поясе, которым он резал барана. – А у них все есть – копья, луки, топоры и мечи. Может быть, Снефрид… если ты не боишься… ты бы поговорила с ними?
– С мертвецом Сэмундом на хёрге ты же не боялась разговаривать! – напомнил Кетиль, посмеиваясь, и Снефрид мельком подумала: это он так одобряет ее смелость или знает, что там был за мертвец?
– Я поговорю с ними… если я и правда та, кого они хотят видеть.
– А ты сама как думаешь? – Асвард прищурился.
– Я не знаю! Я не Фрейя… но… – Снефрид мельком вспомнила, как спорила с самой норной Урд, чувствуя себя вправе приказывать и грозить ей. – Но иногда она… бывает очень близко ко мне.
– Ну уж если госпожа умеет оживлять умерших женщин, без Фрейи тут верно не обошлось, – вставил Сигфус: старая Сигга вбила ему в голову, будто Катла успела скончаться и похолодеть, прежде чем чары Снефрид вновь вдохнули в нее жизнь.
– Тогда иди! – воскликнул Хлёдвир. – А уж как Фрейя пожелает им явиться, с тобой или без тебя, ей виднее!
Он выглядел воодушевленным, его глаза блестели – такая проделка была в его вкусе.
– А если бы я отказалась – ты бы согласился надеть мое платье и сам выступить богиней? – шепнула она Хлёдвиру, когда он увлекал ее по тропе назад к поляне. – У тебя и волосы почти… – она хотела сказать «почти как у женщины», но вовремя поправилась: – Почти золотые.
– Я подумал бы! – с важностью ответил Хлёдвир.
А Снефрид поняла: согласился бы. Ему бы понравилось так одурачить незнакомцев. А бороду прикрыть цветами…
– Но мы будем возле нее! – услышала она за спиной настойчивый голос Лейви.