На внутреннем фронте Гражданской войны. Сборник документов и воспоминаний: читать начало книги онлайн

К подполью

Большевистская «передышка», Брестский договор с немецким кайзером Троцкого и Ленина вылились в разоружение анархистов по всей России. Дважды закрывалась газета «Анархия». Анархистов же для оправдания исторической провокации большевики водили в Кремль на показ буржуазии и с немецкими и царскими шпиками инсценировали среди них поиски воров и грабителей. Несмотря на все старания – никого не нашли. И газета «Новости дня», издававшаяся на средства большевистского «товарища Мирбаха», перекочевавшая из Питера с совнаркомом в Москву, все время травившая анархистов, тоже, при всем «кайзеровском» желании не нашла среди анархистов никого и нечего, чтобы втоптать анархизм в буржуазной грязи.

На разоружение и расстрел анархистов из прессы отозвалась меньшевистская газ[ета] «Вперед», сказавшая большевикам несколько похвальных фраз на разоружение анархистов.

В то время, 12 апреля, несмотря на то, что в Москве и вокруг Москвы было много анархистами сагитированной физической силы, были также большие анархистские отряды, дравшиеся с немцами на фронтах, а также, несмотря на ожидание провинциальными анархистскими организациями сигнала из Москвы к выступлению против большевиков, – выступления и сигнала к нему не последовало, да и не могло быть.

Когда анархистов разоружили, почти вся не рабочая Москва торжествовала. Радость интеллигенции превзошла даже свои пределы, и понятно, что при таких условиях завязывать борьбу с большевиками и Мирбахом, их поддерживавшим, нельзя было – в противном случае после победы волей-неволей снова социалисты воздвигнули бы трон власти и вместо одних жуликов сели бы другие.

Разбить анархистам большевистские части, а также мирбаховские не стоило большого труда – и это факт: одна донская группа в пятнадцать человек восемь часов билась с пятьюстами красно-мирбаховцами, вооруженными вплоть (?) до 6-ти дюймовых пушек и лишь после того, как красно-мирбаховцы стали поливать бензином и керосином осажденных и подожгли, а также открыв водопроводные трубы, чтобы затопить перешедших для борьбы в подвал анархистов, лишь после того, как осажденным стала известна сдача оружия большинства организаций анархистов большевикам, донская группа сложила оружие. Со стороны нападавших были довольно крупные потери. Следы этой борьбы до сих пор сохранились, несмотря на реставрацию разрушенных снарядами домов (Донская ул. особняк Бекетова).

При обстановке разоружения и расстрелов, анархисты-революционеры ушли в подполье.

Но не отразилась эта большевистская вакханалия на верхах анархистских объединений. Верхи, получив паспорт «идейности и благонадежности», остались неприкосновенными в царстве большевистской опричнины.

Политическая проституция верхов развилась махровым цветком.

Низы же ушли в толпу голытьбы и принялись искать выходов. И после того, как разные Иуды Гросманы, Скворцовы, а также Бр. Гордины (последние, правда, случайные люди среди анархистов и не анархисты, хотя очень плодовиты на разные сплетни об анархизме), после того, как все эти «верхи» да «генералы» спецы по анархизму у большевиков, окончательно себя оскандалили и переругались между собой, революционные анархисты собрали свои силы и очистив свои ряды от присутствия всех этих ренегатов, снова двинулись революционным походом на большевистскую опричнину.

Московская и Всероссийская организация анархистов подполья возобновила издание закрытой большевиками газеты «Анархия».

Революционная работа анархистов снова приобретает силу и упорство.

На сей раз анархисты выходят на борьбу с государством не для произношения фраз, они выходят не для исполнения служебных ролей политических жуликов – анархисты выходят на решительную и бесповоротную борьбу с государством и с большевистской опричниной.

Да здравствует Анархия!

Немного правды

Вероятно немногим из вас, братья крестьяне, рабочие и красноармейцы известны те меры к каким прибегло «рабоче-крестьянское правительство» для ликвидации Украинского партизанства после обещания Троцкого ни перед чем не останавливаться, лишь бы уничтожить (по его словам) «Махновскую сволочь».

Подлое предательство в отношении революционного повстанчества – это предтеча красной контр-революции, один из многих признаков близкого конца игры в коммунистическую революцию. Провокация с Махно – начало конца великих завоеваний Октябрьского Бунта, результат кошмарной везде и всюду политики Совета Народных Тиранов.

Два империализма владычат сейчас во всем мире: империализм Антанты и империализм комиссародержавия. С двух разных сторон, но к общей цели и с разными средствами стремятся сейчас они оба. С двух разных сторон грозят тебе, трудовой народ, царская нагайка и [рассерженный] кулак не только за Октябрьское восстание, но и за революцию в феврале. С двух разных сторон грозит одинаковая опасность всему тому, что кровью лучших из твоих рядов покупалось в борьбе угнетенных против угнетателей, покупалось дорогою ценою страданий многих тысяч революционеров в тюрьмах и на каторге Николаевщины и в тех же тюрьмах, и кроме того в застенках Чрезвычайки – теперь.

Братья-рабочие, крестьяне и красноармейцы, пока не поздно, пока обух реакции еще не опустился на ваше, придавленные грязным сапогом комиссара, тел – мы анархисты подполья зовем вас к новому бунту в ряды партизан против голода, холода, нужды, безработицы, контрреволюции и их общего начала – Совета Народных Комиссаров зовем вас мы. Пусть Троцкий мечется в истерике грозя некоторым <…> Мы видели его и в большем <…> отрядов партизан Махно по его приказу панически был открыт фронт послушными, напуганными красными войсками, а тысячи наших братьев, отважных украинских крестьян-повстанцев, вставших на защиту своего крова, вольной волюшки и семей от истребления добровольцами генеральских войск Деникина и Шкуро.

Отряды Махно были временно ликвидированы, но сейчас они снова геройски борются за революцию в тылу деникинского фронта.

Это еще не все.

Нам известны номера и [наименования] тех красноармейских частей, которые будучи под влиянием <…> агитации и пропаганды офицеров – военных специалистов совершили ряд еврейских погромов в [Орле], Брянске, Бердичеве, <…> и др. местностях, <…> опять таки по приказу Троцкого были отправлены <…> в отряды батьки Махно, где (может быть опять таки по приказу) продолжили свою преступную деятельность, лишь бы таким образом доказать несостоятельность партизанства и повстанчества.

Это еще не все.

Многие из наших товарищей, принимавших участие в отрядах Махно были арестованы, обезоружены и зарублены при допросах офицерскими саблями насмерть, после чего уже им были вынесены приговоры, тоже смертные, но к высшей мере расстрелянию.

И это еще не все. Карты своей революционности открыла в те дни на Украине советская власть и ужасами, кошмарами средневековья пахнуло от революционного творчества военных специалистов и чрезвычайки. Провокация, расстрел, предательство и снова расстрел. Все средства хороши, когда анархисты помешали тем, кому это нужно тогда еще задушить революцию.

Несмотря ни на что волна повстанчества снова разлилась по революционной Украине, навстречу Анархии снова движутся украинские партизаны, крестьяне и рабочие.

Теперь же, когда нам приходится вспоминать ответ Батько-Махно на запрос Каменева об отношении его, Махно к авантюре Григорьева, что

«мы останемся верными революции в борьбе против общего врага, но ни в коем случае не в борьбе за власть, за подлость политических шарлатанов»,

когда нам известна участь одного из «политических шарлатанов» – атамана Григорьева, мы знаем, что его участь не только грозное предупреждение контр-революции всех цветов не исключая и красного, но его участь их общая участь.

В дни, когда решаются судьбы революции, когда народный гнев, нужда и страдания готовы к взрыву и борьбе, братья рабочие, крестьяне и красноармейцы вас зовем мы в боевые отряды, с каждым днем растущего партизанства, вас зовем мы с фабрик, заводов, пашен, деревень и «красного» фронта на организацию вольных подпольных боевых дружин, на месть врагам Революции и Анархии.