— Заткнись! Тебе лучше вообще ничего не вякать, хрен древний. Самого умного из себя строил? Сейчас посмотрим, насколько ты умён, дебил!
— Марко! Папа! Что происходит?! Что вы здесь делаете?!
В переднюю гостиную влетают перепуганные Мишель и Камилла.
— Вон отсюда! Обе! — орёт на них Маркус.
Мы отвлекаемся на девушек, и Ассар этим пользуется. Тут же вскакивает на ноги и лупит ногой в живот Варрану.
— Ах ты сука! — незамедлительно реагирует Рис.
В два прыжка достигнув вампира и обратившись на ходу, северный волк наносит ему удар, но тот, перехватывает лапу и резко отбрасывает Риса. Волк ударяется о балку лестницы, рядом с которой стоят Ками и Мишель.
"Нет! Ками! Уходите!"
Издав истошный рёв, я рвусь в их сторону, но успеваю отбросить только Камиллу.
Мишу засыпает грудой дерева и камней.
— Мишель! — кричит синеглазка, вырываясь из моего захвата.
— Миша... — выдыхает Маркус.
Рис в бешенстве смотрит на груду, под которой лежит его пара, бросается к ней и начинает остервенело отбрасывать балки и камни в сторону.
Кровь. Сколько крови.
— Нет... — плачет Камилла у меня в руках.
А ублюдок Ассар громко ржёт, расставив руки в стороны.
— Как драматично! Как трагично и красиво всё получилось! Я восхищён!
Сука..
Приняв облик человека, я отпускаю Камиллу и подхожу к Ассару. Хватаю за грудки и впечатываю в стену позади.
— Я тебя и не в волчьей форме угандошу!
— Ааа, как невежливо, волчонок. Спешу тебе напомнить одну важную деталь, о которой ты, видимо, забыл, но ничего страшного. Мне не трудно.
Ублюдок переводит взгляд на Мишель. Её почти достали из-под завала.
— Мёртвых к жизни могу только я возвращать. А для этого мне нужна Камилла. Эпично всё получилось, ты не находишь? — от злости я отшвыриваю Ассара от себя и приказываю волкам и вампирам удерживать его.
Хотя он, кажется, никуда сбегать и не собирается, продолжая громко смеяться.
Миша не выжила. Мне даже подходить к ней не надо, чтобы всё понять. Маркус рычит как обезумевший, Рис воет. Камилла плачет.
Как же так?
Так не должно было быть. Что за бред, Луна?!
— Ты должен был её спасти, а не меня! — кричит Ками, затем вскакивает, подбегает ко мне и начинает лупить ладошками в грудь.
По щекам её текут слёзы.
— Это я — причина всех бед! Моя смерть всё бы закончила!