— Мы и охраняли! — начинают оправдываться парни перед отцом. — Марко зашёл к пленнице и пытался её изнасиловать!
— Чего?! — рычит отец, затем бросается к двери и заглядывает в комнату, где дрожащая Ками в одних трусах рыдает у стены и зажимает нос и рот ладонью, а через ещё несколько секунд вовсе теряет сознание.
— Ками!
***
Всё дальнейшее происходит словно в тумане и в какой-то невообразимой суете. Я бросаюсь к черноглазке, отец пытается меня остановить, но я лишь отшвыриваю его и рвусь к ней, хватаю потерявшую сознание девушку на руки и прижимаю к груди. Боли от переломов в этот момент не ощущаю — страх зверя гораздо сильнее.
— Очнись, Ками! — глажу черноглазку пальцами по щекам, но она никак не реагирует. — Что с ней, отец?!
— Я не знаю. Её нужно в лазарет отнести. Возможно, она просто испугалась, а возможно это нечто более серьёзное, — хмуро отвечает тот, бросив недовольный взгляд на джинсы и медальон, которые выпали из рук малышки, когда она потеряла сознание. — А о том, что произошло здесь, поговорим позже, Марко.
Кивнув, я поднимаюсь на ноги и выношу Ками из комнаты, после чего сразу же направляюсь к верхним этажам, где расположен лазарет. Лекарь поможет. Я уверен, он сумеет понять, в чем дело.
Отец следует за мной, перед этим подхватив джинсы и медальон Ками с пола.
Луна, девушка такая бледная. Пиздец просто. Из неё будто всю кровь выкачали. И ещё она слабо дышит, но мне кажется, дыхание слегка выравнивается пока мы идём. И на щеках проступает румянец, хотя я могу это придумывать себе. Черт! Она с ума меня сведёт.
В лазарете лекарь Тазиро тут же указывает на специальный высокий стол, куда положить девушку, чтобы он мог её осмотреть.
— Судя по запаху она человек? — спрашивает оборотень, включив мощные лампы, подвешенные над столом.
— Полукровка. Вампир не разбужен, — отвечаю машинально, аккуратно положив Ками на стол и встав рядом.
Отец также встаёт возле меня и кладёт на соседнюю тумбу джинсы с медальоном.
— Что произошло?
— Эта девушка — наша пленница, Тазиро. По нашим сведениям, именно она пробудила Ассара от вечного сна, — хмуро сообщает отец.
Губы лекаря складываются в удивлённое "о", после чего он снова смотрит на Ками, но уже совсем другим взглядом — более настороженным, что не может не бесить меня, разумеется.
— Как она потеряла сознание?
— Она упала после нашей драки с парнями, — теперь уже я вступаю в разговор. — Охрана, которую отец приставил к ней, посчитала, что я хочу её изнасиловать. Это разозлило меня, и мы сцепились. Бились до крови.
Лекарь обводит меня глазами с ног до головы.
Да, выгляжу я, мягко говоря, не очень. Весь в крови и рваных ранах, которые, надо заметить, уже начали затягиваться.
— У тебя есть предположения, почему ей могло стать плохо? Если это обычный обморок, то почему же она не приходит в себя тогда?
Лекарь задумчиво стучит пальцами по подбородку, затем осторожно приподнимает веки девушки и светит специальным фонариком.
— Глаза горят синим... Так бывает, когда рядом пара...
Я плечом толкаю отца и смотрю на того многозначительно. Он в свою очередь закатывает глаза и качает головой.
— Марко считает, что они с девчонкой — истинная пара.
— Это бы объяснило её состояние. Возможно, её вампир стал сильнее и готов проснуться. С каждым новым днём, проведённым рядом с парой, его могущество усиливается. Она просто не справилась. Скорее всего, страх за пару, плюс сильный запах крови истинного, послужили причиной обморока.
Сказать, что сердце у меня бешено колотится — ничего не сказать. Кажется, оно готово выпрыгнуть из груди. Я ощущаю его гулкие удары везде — в висках, в горле, на запястьях. В это мгновение я — один сплошной пульс.
— Дай мне руку, Марко, — просит Тазиро.
Я послушно протягиваю, не отрывая глаз от девушки.