— Мы просто должны пойти туда и рассказать, что случилось, Алекс, — высказалась я, пока он убирал сумки в багажник.
Солнце едва выглянуло из-за гор на востоке, и на улице все еще было темно. Мы сбегали рано утром, но не так, как я думала. Прежде чем уйти, Алекс постучал в дверь Лена и Дев и попрощался. Я не была уверена, что они поняли, что происходит, но для него это было важно.
— Они не поверят нам, Мелкая, — ответил Алекс, закрывая багажник. — Тебя осудили за нападение и избиение Терри, а я — бесполезный кусок дерьма со списком судимостей длиной в милю. Мы в жопе.
— Как насчет теста на детекторе лжи? — спросила я, следуя за ним, обходя машину. — Если пройдем его, они увидят, что мы говорим правду.
Он засмеялся.
— Детка, эти ублюдки подделали видео, настоящую запись произошедшего. С чего ты решила, что они не проделают то же самое и с детектором лжи?
Плечи опустились под весом его слов. Он был прав. Мы в заднице. Никто никогда не поверит нам. Они будут преследовать нас, пока не посадят.
Я скользнула руками на талию, обнимая и кладя голову ему на грудь.
— Отстой.
Он крепко обнял меня.
— Добро пожаловать на мою сторону закона, Мелкая.
— Меня бесит, что они врут о произошедшем. Копы и пресса выставляют Терри как хорошего парня… и я чувствую… будто он вновь выиграл. Все эти годы я жила в том доме, боясь его следующего шага, я просто… Я просто хочу, чтобы он страдал и поплатился за все, хоть раз. И только.
Совершенно нечестно, что кто-то вроде Терри продолжает выходить сухим из воды. Как долго он еще будет жить, пока карма не настигнет и не стукнет его по голове? И когда это все-таки произойдет, скольким людям он еще причинит боль? Я сбежала, прежде чем он сломал меня. Мне повезло… но повезет ли следующей девочке, на которую он положит глаз?
Бессчетное число жизней, которые он разрушит своим больным и изощренным эгоизмом, были мне не по душе.
Мы долго молчали. Мои глаза были закрыты, и я прислушивалась к каждому вздоху Алекса, его грудь приподнималась и опускалась. Мне было легко и безмятежно, но вскоре объятия стали сжиматься сильнее и сильнее, пока я не поморщилась от боли.
— Ой, — прохрипела я, хлопая его по спине.
— Черт, — произнес Алекс, выпуская меня из мертвой хватки и отступая. — Прости, детка. Ты в порядке?
— Да, все нормально, — ответила я, склоняя голову набок. — А ты?
Его взгляд устремился вдаль, такой напряженный и задумчивый. Мышцы на руках напряглись, когда он сжал кулаки. Он явно был на грани, и я не знала, что именно изменило его настроение.
— Поехали, — сказал он, указывая мне жестом садиться в машину.
— Хорошо, — согласилась я, немного растерянная из-за его внезапной настойчивости, но не стала допрашивать.
Сев в машину, я пристегнулась и посмотрела на Алекса. Он держал свой 9-миллиметровый Глок и вытаскивал обойму. Полностью заряжен. Не то чтобы я удивилась. Он вставил его на место и положил мне на колени. Затем молча открыл бардачок, доставая Custom Colt. Развернул белую ткань и проверил магазин, убеждаясь, что все пули на месте, он взвел курок. Я услышала отчетливый звук пули, выскакивающей из обоймы в патронник.
Он сел и засунул его сзади за пояс. Как можно рулить, когда что-то упиралось в спину, мне не понять, но он вроде не возражал. Ведь постоянно так делал.
— Неизвестность убивает меня, Алекс, — сказала я, надув губы. — Что происходит? Мы собираемся ограбить банк или что? — Конечно, я лишь шутила, но, когда он не ответил, забеспокоилась. — Собираемся?
Он засмеялся, качая головой.
— Нет, мы не будем грабить банк.
— Тогда что мы делаем? Зачем нам стволы? — спросила я, подняв оружие и помахав им.
Он нахмурился и накрыл мою руку своей, опуская пистолет обратно на колени.
— Боже, Мелкая. Никогда не наставляй его на кого-то, если не собираешься убить.
Я покраснела из-за своей оплошности.