— Что? Что не так? — Я глянула в зеркало заднего вида. Никаких машин. — Копы? Мне сбавить скорость?
Он опустил руку мне на колено и надавил.
— Либо ты, блядь, набираешь скорость и показываешь мне, на что способна эта малышка, либо мы бросаем её где-нибудь и отправляемся домой. Потому что мы, блядь, крали эту стоящую двести пятьдесят тысяч долларов машину не для того, чтобы ты ползала на ней.
— Но, — я взглянула на спидометр, — Я уже еду семьдесят пять миль в час (прим. примерно 120 километров в час).
— Семьдесят пять? — простонал он. — Семьдесят-блядь-пять? Боже, это спортивный автомобиль, Мэд. Для него это оскорбление, ехать так чертовски медленно. Покажи мне, на что он способен.
— Но что, если копы сидят где-нибудь?
Алекс кивнул, понимая, и ткнул пальцем в экран. Выбрал в меню и открыл компьютеризованный детектор радаров.
— Блядь, я люблю эту машину, — он повернулся ко мне с самодовольной улыбкой.
— Отлично, — фыркнула я, и без извинений переключилась на четвертую передачу. — Но если нас поймают копы…
— Если нас поймают, детка, я куплю тебе кольцо с бриллиантом.
Я усмехнулась и закатила глаза.
— О, конечно, теперь ты женишься на мне. Мне просто сначала нужно оказаться за решеткой. Как романтично.
— Эй, я буду хорошим мужем для тебя, — возразил он, протянув руку и проведя большим пальцем по щеке. — Я обязательно сбегу из тюрьмы и приду к своей жене для необходимых супружеских визитов.
— Да уж, пожалуйста.
Чувствуя, как по телу пробегают мурашки, я надавила на педаль газа, пока она не оказалась вровень с полом. Машина легко и непринужденно летела по автомагистрали. Неслась мимо жилых районов, её звук отражался от стен и возвращался эхом к нам. Двигатель гудел и вибрировал с нарастающей скоростью. Я переключилась на пятую, а затем и на шестую скорость, переходя за сотню, в итоге добравшись до ста тридцати миль в час (примеч. 160 и 209 км/ч). Я никогда не была в машине, которая двигалась так быстро. Было чувство невесомости, будто мы плывём по дороге. Грудь вздымалась от возбуждения. Пульс ускорился, желание воспламеняло тело с каждой петлей и поворотом. Чистый адреналин, попавший в кровь, невозможно было измерить. Краем глаза я заметила, что Алекс внимательно наблюдает за мной и, конечно же, как всегда реагируя на моего мужчину, оба моих соска затвердели под его взглядом. Он не мог не заметить моего возбуждения, моя рубашка была практически прозрачной, и я не носила лифчик. Пульсирующая боль между ног заставляла меня ёрзать на сиденье, но ничего из того, что я делала, не помогло избавиться от этого ощущения. Мне нужен был Алекс. Я хотела его пальцы, его рот. Я хотела гораздо больше, чем он был готов мне дать. Боже, это было опьяняюще, похоть вскружила мне голову.
— К чёрту всё! — разочаровано прорычал Алекс. Я удивленно и растерянно посмотрела на него. Он ёрзал на сиденье и поправлял свой член. — Сворачивай на съезде к Пайннакл Пик и затем направо.
— Ладно, — я медленно убрала ногу с педали газа, поворачивая на съезд. — Могу спросить почему?
— Потому что мне чертовски надо прикоснуться к тебе прямо сейчас, — он погладил мою шею костяшками пальцев, — и я не хочу, чтобы ты разбила машину.
Алекс велел мне свернуть на грунтовую дорогу и проехать дальше в пустыню, оставляя позади жилые кварталы. Она была темной и изолированной. Толстые ветки деревьев Пало-Верде скрывали её. Невозможно было увидеть припаркованный там автомобиль в ночи. Идеальное место, чтобы сидеть в угнанной машине. Ну, пока не вызовут копов, и они не появятся тут в её поисках. Я не была хорошо осведомлена в данном вопросе, но вертолёт сверху с огромным прожектором мог бы найти нас.
— Не беспокойся об этом дерьме, — сказал мне Алекс четыре раза.
Прошел почти час, как мы угнали её, и машину всё ещё не объявили в розыск. Алекс постоянно менял частоты на сканере, проверяя между полицейскими департаментами Феникса, Скотсдэйла, Тэмпэ и Месы. Ничего не было, кроме перестрелки в Южном Фениксе. И все доступные отряды на некоторое время собрались в этом районе. У недоукомплектованного полицейского управления не было достаточно ресурсов, чтобы эффективно выполнять свою работу, и это делало торговлю наркотиками для семьи гребаной прогулкой.
— Говнюк.
Заглушив двигатель, я посмотрела, как Алекс печатает что-то на своём древнем телефоне-раскладушке. Нажав на кнопку отправки, он сунул его обратно в передний карман.
— Кто это был? — поинтересовалась я.
— Лен. — Алекс повернулся ко мне лицом. — Он только что забрал мою машину.
Я совсем забыла про Таню.
— Значит, он знает, что мы сделали?
— О да, этот засранец всё прекрасно знает.
— Он случайно не знает, появились ли копы? Владелец машины знает, что её украли? — спросила я, сгрызая кутикулу до крови.
Мой парень раздраженно вздохнул, угрюмо взглянув на меня и вытащив мою руку изо рта. Я пожала плечами, не зная, что сказать. Я начала нервничать, мне надо было как-то отвлечься.