— Пошли, — сказал капитан. — Я не знаю всего, чего вы и эти милые дамы достигли в Чессенте за последний год. Я не знаю, как кто—то может понять смысл всех этих историй. Но, похоже, это было связано с разгадкой тайн и секретов, и это то, что нужно сейчас. Никто никогда не остановит эту нежить, пока мы не узнаем, как и почему она восстаёт.
— Совершенно верно, — сказал Аот. – Мы с моими друзьями умеем делать это. А чем ты отплатишь?
— Это и так ясно, — ответил Без. — Ты оставил своё Братство на зимних квартирах; я привёл своё. Скорее всего, дело дойдет до настоящих сражений, а не просто перестрелок в лесу. Когда это произойдет, ты захочешь быть плечом к плечу с коллегами—профессионалами, а не в одиночку.
Аот улыбнулся.
— Возможно, ты прав, — сказал он. — Я уже видел, как хорошо «сумасшедшие варвары» придерживаются плана. Делим поровну, даже несмотря на то, что вас целый корабль, а нас только трое?
— Конечно. — сказал Без, протягивая руку.
Аот не понял. Он просто кивнул.
— Я дам тебе знать если решу согласиться. — сказал он.
Глаза капитана небесного корабля сузились.
— Ты шутишь?
— Нет, — ответил Аот. — Потому что я тоже помню Термиш. И я снова стану твоим партнером, если сочту это необходимым, но не раньше.
Без фыркнул.
— Как пожелаешь, тэец, — сказал он. — Затаить обиду. Ты пожалеешь, когда я улечу со всеми грифонами. Это при условии, что какой—нибудь призрак или вурдалак не разорвал тебя на части до этого.
Он и его люди повернулись и зашагали прочь.
Аот повернулся и осмотрелся.
— Вандар! Подожди! — крикнул он, направляясь к берсерку и его братьям по клыку.
— Значит, мы собираемся сотрудничать с ним? — спросила Цера, спеша за ним.
— Если мы ему нужны, — ответил Аот. — И как бы он меня не любил, я думаю, он согласится. То, что произошло в роще, показывает, что мы можем помочь друг другу.
— Несмотря на то, что он и его народ «сумасшедшие варвары»? — спросила Цера.
— Лучше быть безумным и диким, чем вероломным. — ответил Аот.
Урамар внимательно рассматривал иероглифы на известняковой стене. Некоторые из его сломленных личностей — те, кто были учеными эзотерики – заинтересовались ими. Они выбирали символы, которые узнавали — в основном имена представителей Бездны — и бормотали, размышляя о значениях тех, кого они не знали.
Он подозревал, что если им позволить, они будут копаться в этом весь день, потому что это был лишь первый комплекс гробниц наров, который он посетил. Он и его товарищи начали с пробуждения дуртан и других мудрых и недавно погибших рашеми. Эти рекруты, в свою очередь, помогли им найти старые руины, курганы и затонувшие, заросшие склепы.
Конечно, это был не единственный способ найти места захоронения мертвых. Человек мог исследовать не нанесенные на карту участки путей смерти и увидеть, куда они ведут. Именно так, как он понял, его братство впервые открыло эту новую землю. Но это было опасное предприятие.
Неистовое «Стой!» напомнил ему, что его нынешние методы тоже не совсем безопасны. Он повернулся, и его покрытые шрамами пятнистые руки переместили большой меч в боевое положение.
В нескольких шагах впереди четверо зомби ломали стену, что, по мнению Ниварры, открыло бы спускающейся вниз проход. Удар кирки сбил штукатурку, но, по счастливой случайности, оставил нетронутым волнистый семиконечный знак под проходом.
Еще один удар наверняка сломает её. Ниварра не ограничилась тем, что отдала зомби команду, чтобы этого не произошло. Она схватила его серое, склизкое предплечье и потянула назад.
Низкорослая и крепко сложенная, как и большинство рашеми, Ниварра была дуртан. Она все еще носила мантию и серебряную маску, которые указывали на ее статус, хотя первая была гнилой и заплесневелой, а вторая с чёрным налётом. Всегда несколько непредсказуемая, магия Лода воскресила ее вампиром. Обычно она наслаждалась этим состоянием, хотя ненадолго обезумела, когда появился ее бывший фамильяр и тут же напал на нее, из—за чего ей пришлось уничтожить это существо.
Урамар не винил ее за то, что она расстроилась. Реакция телтора на ее возрождение действительно не казалась справедливой, учитывая, что жалкое создание было летучей мышью. Дух летучей мыши или что—то в этом роде.
Когда Урамар подошел к ней, он еще раз огляделся, удостоверившись, что ни один из зомби не собирается совершить еще один удар. Ибо, хотя ни один член Высокопреосвященства не был по—настоящему безмозглым, немые и медлительные создания подошли слишком близко к проходу.