Ниниэн с трудом сглотнула, качая головой.
— Я пришла, чтобы помочь королеве, но опоздала.
Урсула взяла девочку за руку.
— Нам нужно доставить тебя туда, где помогут. Где здесь лазарет?
Ниниэн указала на обгоревший остов башни на противоположной стороне двора. Полностью разрушен.
— Что насчёт твоих родителей? — спросила Урсула.
Глаза Ниниэн начали закрываться.
Баэл стоял над ними, глядя на девушку сверху вниз.
— Нам нужно забрать яблоки.
Вспыхнул гнев.
— Мы должны помочь ей, а не беспокоиться о яблоках.
— Со своей магией я могу исцелить её.
Глаза Ниниэн открылись, её взгляд был расфокусированным.
— Они перенесли яблоки в часовню.
Не сказав больше ни слова, Баэл побежал через двор.
Ниниэн моргнула.
— Он твой любовник?
— Кто? Баэл? Нет, не совсем.
— Тогда, может быть, он будет моим любовником, — прохрипела она. — Он очень красив.
— Не пытайся заговорить, Ниниэн. Просто подожди, пока вернётся Баэл.
Глаза Ниниэн уже закрывались.
— Дракон выглядел как огонь… — она испустила долгий, хриплый вздох, и ещё одна струйка крови потекла с её губ.
— Ниниэн, — Урсула сжала руку девочки. — Ниниэн, — но девочка не двигалась, и её грудь перестала подниматься и опускаться. Урсула погладила девочку по кудряшкам. — Очнись, Ниниэн, — она осторожно положила голову Ниниэн на землю, затем оседлала её худое тело, надавливая на грудь, чтобы сделать искусственный массаж сердца. Голова Ниниэн поникла, но Урсула пыталась сохранить концентрацию, считая и надавливая сильнее, отчаянно пытаясь привести её в чувство.
Спустя, казалось, целую вечность, крепкая ладонь Баэла сжала плечо Урсулы.
— Слишком поздно, — мягко сказал он. Аромат сандалового дерева окутал её успокаивающей, знакомой тьмой.
Урсула откинулась назад, по её лицу текли слёзы. Встав, она вытерла их тыльной стороной ладони.
— Нам нужно уходить, — твёрдо сказал Баэл. Он сунул ей блестящее красное яблоко. Оно было тёплым, почти горячим. — Возьми его. Нам нужна твоя магия, чтобы вернуться в Нью-Йорк. Я нарисую сигил.
Урсула надкусила яблоко, и мякоть плода обожгла ей губы, оставив привкус золы и креозота. Проглатывая каждый кусочек, она чувствовала, как огонь Эмеразель струится по ней, наполняя вены магией. Когда её тело снова вспыхнуло адским огнём, она посмотрела на Баэла, чьё тело излучало чистую силу. Он стоял в центре сигила, нацарапанного на земле, и сжимал в руке тёмную бутылку.
— Кальвадос. Я нашёл его в доме священника. У священников всегда где-нибудь есть хороший алкоголь.
Он начал лить бренди на символ.