Владычица подплыла ближе, и от её лица цвета слоновой кости вились струйки тумана.
— Расскажи мне поподробнее, зачем тебе нужен меч.
— Драконы напали на Нью-Йорк, а теперь и на Авалон. Похоже, это единственный способ защитить себя.
— Какое мне дело до царства смертных?
— Я не знаю. Почему ты защищаешь клинок?
На губах Владычицы заиграла улыбка.
— Экскалибур, возможно, и не способен разрезать меня надвое, но в умелых руках он может изменить ход истории. Даже судьбу, — Владычица протянула длинную, изящную руку, потянулась к Урсуле и провела ледяными пальцами по её щеке.
Урсула рефлекторно отпрянула.
— Не волнуйся, — прошептала Владычица, — я не причиню тебе вреда.
Прежде чем Урсула успела отстраниться, Владычица протянула руки и схватила её за лицо пальцами настолько ледяными, что, казалось, они обжигали кожу. Урсула попыталась отшатнуться, но в глазах у неё потемнело, и вскоре она уже не парила над озером.
Теперь она бежала по тёмному лесу, сжимая в руке тяжёлый меч. Слабые струйки лунного света пробивались сквозь кроны деревьев, и влажный воздух пах соснами и кровью. Сухие ветки тянулись к ней, цеплялись за волосы и царапали руки. Её лёгкие горели, а по телу разливался адреналин. На бегу она подняла меч, рубя ветви.
Аромат вечнозелёных растений окутал её, и ноги сами понесли её вперёд, даже если она не знала, зачем бежит.
Урсула продолжала продираться сквозь деревья, пока не достигла края утеса — только тончайшая полоска мокрого камня отделяла её от обрыва высотой в сотни метров. Едва не соскользнув с обрыва, она ухватилась за ветку дерева. Далеко внизу, тёмная, похожая на стекло вода заполняла дно оврага, поблёскивая в лунном свете.
Она отчаянно вцепилась в сосновые иголки одной рукой, держа меч в другой. Именно тогда она поняла, что это не её рука — она была в теле другого человека, заново переживая воспоминания.
Голос эхом разнёсся по лесу, вызвав острый укол страха внутри.
Урсула почувствовала, как её тело напряглось от ужаса при звуке мужского голоса.
— Леди Вивиен? — голос позвал снова, теперь ближе, хриплый от ярости.
Кто-то пытался убить её — зарезать леди Вивиен.
Удержавшись на краю утеса, она схватила свой меч, подняв лезвие двумя руками. Когда Урсула взглянула на него, она узнала рукоять. Экскалибур.
— Леди Вивиен! — раскатистый голос звучал ещё ближе, и ей пришлось сохранять полное молчание.
Она медленно подняла клинок так, чтобы лунный свет отразился от стали. На лезвии были вырезаны три слова: «Брось меня прочь».
Меч задрожал в руках женщины, и она повернулась обратно к воде в овраге. Все лучше, чем позволить ему поймать её…
Она прыгнула, беззвучно падая по воздуху, и ветер растрепал её волосы. Она не издала ни звука, ни когда упала в воду, ни когда удар мучительной вспышки боли лишил её сознания.
Её ноги обмякли, и она погрузилась под воду. Пока она тонула в ледяной воде, чьё-то присутствие поднялось из глубины, чтобы поприветствовать её.
— Леди Вивиен? — прошептал нежный голос. — Что ты мне принесла?
С резким треском видение исчезло, и призрачная Владычица уставилась на неё широко раскрытыми золотистыми глазами, слегка приоткрыв рот.
— Значит, ты та самая, — тихо сказала она.
Урсула покачала головой.
— Какая та самая?
Это же не опять та фигня про Дитя Тьмы? Потому что Урсула не собиралась устраивать апокалипсис.