— Поехали.
Перед тем, как сесть в машину, я предупреждаю теть Надю о нашем отъезде. Она порывается собрать еды в дорогу, так что приходится отмахнуться срочными делами и наврать о том, что Лия уже в машине, а молоко она по дороге разлила.
До города доезжаем быстро, дорога на всем пути практически пустая. Я сбрасываю Рината, говоря, что поехал к одному спецу пробить номер.
В действительно же я к нему и еду, но компания мне была не нужна по другой причине. Я раздумываю над предложением Башарова.
Знаю, что сдавать своих — западло. Тем более так крупно. Но я не могу допустить того, чтобы Кудряшке навредили.
А с другой стороны, если нас с Рином обоих закроют, то защищать ее будет уж точно некому. Папаша первым делом потащит Лию на аборт. Даст врачам на лапу, чтобы те не задавали лишних вопросов, и насильно избавит малышку от нашего ребенка.
— Впустишь? — спрашиваю, как только Коршун открывает дверь.
— Ярый? Залетай, как раз пожрем вместе.
Он сразу идет на кухню, я заруливаю следом. Отказываюсь от жареной картошки и, пока он ест, обрисовываю проблему.
— Не, ну можно попробовать поискать по базам, но только что это даст? Ты ж понимаешь, что номер левый скорее всего.
— Мне говорили, что я везучий.
— Ну, пошли тогда.
Коршун, в народе Коршунов Андрей Иванович, впускает меня в свое святая святых. В этой комнате точно лучше лишний раз руками не махать. Везде какие-то провода, компьютеры, левые телефоны, которые он периодически вскрывает.
— Номер диктуй.
Я называю одиннадцать цифр и смотрю на большой длинный экран монитора.
— Прокопенко Аркадий Никифорович, семьдесят два года, из доходов только государственная пенсия. Телефон мертвый в данный момент, так что я тебе его пробить не смогу.
— Коршун, ну ты же можешь, — подкидываю угля для его непомерного эго.
— Ща, погоди. Так, что тут у нас… — он то и дело щелкает мышкой. — У него имеется сын, Прокопенко Григорий Аркадьевич, тридцать шесть лет, две судимости, откинулся только в прошлом году. Работы официальной нет. Подходит тебе персонаж?
— Да-да. Пробей, есть у него личные номера?
— Несколько закрытых симок только… Ты, может, и везучий черт, но сегодня только наполовину.
— Ладно, Коршун, спасибо. Буду должен.
— Для старых друзей скидка сто процентов, — он салютует мне на прощание.
На улице я нахожу ближайший ларек, где покупаю сигареты. Закуриваю, привалившись к капоту своей тачки, и думаю, какого хрена мне делать дальше.
Телефон в кармане снова оживает.
На этот раз Кудряшка уже в какой-то комнате. Она сидит на обшарпанном стуле, жутко бледная, с потрескавшимися губами, искусанными в кровь.
— Пожалуйста… Пожалуйста, сделай так, как они просят…
Меня от ее голоса, от шепота, пропитанного чистым концентрированным страхом, в узел завязывает. На капоте остается вмятина, после то как я впечатываю кулак в него. Боли вообще не чувствую.
Глава 24
— От ребенка надо избавиться в любом случае.