Оранжерейный цветок (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Пей, — настаивал мой отец.

— Я не люблю скотч.

Отец наклонил голову: — С каких это пор?

— С тех самых, как он стал твоим любимым гребаным напитком.

Он покачал головой: — Вы с братом любите бунтовать, словно какие-то мелкие панки.

Я уставился на него.

— У меня нет ничего общего с этим придурком.

— Тебе-то откуда знать? — с легкостью парировал он. — Ты же никогда с ним не виделся.

— Я просто, блять, знаю, — я схватил свое колено, начавшее подергиваться. Мне хотелось убраться отсюда поскорее. Я просто не выношу разговоров о Лорене. Я всегда знал, что у меня есть сводный брат. Было чертовски нетрудно догадаться, что ребенок Джонатана Хэйла — тоже мой родственник. У нас, черт возьми, был общий отец. Но мои отец и мать мне не рассказывали об этом до тех пор, пока мне не исполнилось пятнадцать. После того, как моя мама пожаловалась на этого ребенка-ублюдка, я попросил отца рассказать подробнее. И наконец, он открыл мне три факта, которые прояснили уже формировавшуюся в голове у меня картину.

Первый: Джонатан изменил Саре, моей маме, с какой-то другой женщиной, когда мне было несколько месяцев.

Второй: «Другая» женщина забеременела. Лорен родился через год после моего рождения, и эта женщина оставила его Джонатану. Исчезла. И больше не появлялась.

Третий: Я жил с Сарой. А мой сводный брат жил с нашим отцом. И весь гребаный мир думал, что ребенок Сары — Лорен Хэйл. Не я. Я был Мэдоуз. У меня была фамилия маминых родственников-неудачников из Нью-Джерси, которые с ней не хотели иметь ничего общего.

Мою маму звали Сара Хэйл.

Моего отца — Джонатан Хэйл.

Я же был ничьим сыном.

После того, как мне раскрыли правду, мой отец всегда поднимал тему о Лорене. Он всегда задавал один и тот же гребаный вопрос, и сегодня у меня не было желания его слышать.

Он махнул рукой, в которой держал стакан.

— Почему ты стал таким слабаком?

У меня стали раздуваться ноздри. Я не мог поверить, что в девять лет я считал его чертовски крутым. Он вел себя так, как будто мы были близки, и позволял мне пить виски из его стакана. Отец и сын. Казалось, он любил меня достаточно сильно, что позволял мне нарушить какие-то гребаные правила. Но я задавался вопросом, не была ли это просто-напросто уловка, чтобы сделать меня подобным себе, таким же жалким и несчастным.

— Я попал в аварию, — внезапно сказал я ему.

Он поперхнулся скотчем и откашлялся.

— Чего? — он сердито посмотрел. — Почему я слышу об этом только сейчас?

Я пожал плечами: — Спроси у мамы.

— Эта сука…

— Эй, — я его перебиваю, мои глаза горят. Я пиздец как устал слышать, как он ее унижает. Я чертовски устал слышать гадости, которые говорит про него моя мать. Я просто хочу, чтобы они оба прекратили. Они развелись, когда мне не было еще и года. Когда они уже прекратят враждовать?

Он закатил глаза, но посмотрел на меня уже серьезным, обеспокоенным взглядом. Если в груди Джонатана Хэйла и было сердце, то оно, блять, было уже заспиртовано.

— Что произошло?

— Я въехал в почтовый ящик соседа, — я вообще не помню, как я добрался домой. Видимо, я четыре раза проехал на красный. Я блять сбил забор. Я буквально потерял сознание за рулем и проснулся только, когда я во что-то врезался.

Нет, я не ехал домой с гребаной вечеринки.

Я напился в одиночку на футбольном поле школы, где учился Лорен. Я чертовски ненавидел Академию Далтон. Я был вынужден ходить в частную школу Мейбелвуд, которая находилась в часе езды от моего дома, потому что моей матери не хотелось, чтобы я видел лицо Лорена каждый гребаный день. Плюс ко всему, так никто не мог узнать, что я ее сын.