«Моя сестра, мама Хлои Она би. Каждый раз, когда она встречается с мужчиной, который выводит ее из себя, в итоге она встречается только с женщинами примерно двенадцать месяцев. Она мой герой. Заставляет меня пожалеть, что я так сильно люблю пенис».
Джоэл поставил перед Слоан "Кровавую Мэри" с плавающим ломтиком бекона и глазом не моргнул при слове "пенис".
Я вздрогнула. «Пожалуйста, не говори «пенис»».
«Мой опыт работы с оборудованием Нокса насчитывает почти двадцать лет. Так что я могу только представить, насколько лучше он стал с возрастом», — с сочувствием сказала Лина.
«Знаешь, со всей этой опекой, может быть, просто лучше сосредоточиться на роли родителя и забыть о том, что ты женщина с…».
«Сексуальными потребностями?» Слоун вмешалась в разговор.
Я взяла свое вино. «Сколько бокалов нужно выпить, чтобы забыть о сексе?».
«Обычно около полутора бутылок. Но это сопровождается похмельем, от которого у тебя подкашиваются колени на три дня, так что я бы не рекомендовала», — сказала Лина.
«Он действительно заставил меня поверить», — прошептала я.
Джоэл разложил шоты перед нами, и я уставилась на свой.
«Я знаю, он сказал, что все никуда не денется. Но он заставил меня поверить. Он продолжал появляться. Не только для меня, но и для Уэйли тоже».
«Подними грузовик задним ходом. Нокс Морган? Проводил время с твоим ребенком? Добровольно?».
«Он повел ее за покупками. Он появился на ее футбольном матче и заставил ее перестать ругаться. Он сказал ей, что сильные люди заступаются за тех, кто не может постоять за себя. Он заехал за ней на вечеринку с ночевкой. Смотрел с ней футбол».
Лина покачала головой. «Он такой испорченный».
«Все мужчины такие», сказала Слоун.
Джоэл остановился и пристально посмотрел на нее.
«Кроме тебя, Джоэл. Ты герой среди злодеев», — поправилась она.
Кивнув, он протянул мне новый бокал вина и снова исчез.
Слоан присосалась к соломинке своего напитка, как будто это был протеиновый коктейль после соревнований по бодибилдингу.
«Ладно, серьезно. Что с тобой происходит?» Я спросила. «Это как-то связано с Люцианом прошлой ночью?».
«Люциан? Вот это сексуальное имя», — сказала Лина.
Слоун фыркнула.
«Сексуальное имя, подходящее сексуальному мужчине», — согласилась я.
«В Люциане Роллинзе нет ничего сексуального», — сказала Слоан, когда вышла подышать свежим воздухом.
«Ладно. Ты определенно лжешь. Либо это, либо тебе на голову свалился целый раздел десятичной системы Дьюи».
Она покачала головой и взяла свой снимок. «Я говорю не о Люциане. Никто из нас не говорит о Люциане. Мы говорим о Ноксе».
«Мы можем перестать говорить о нем?» Я спросила. Каждый раз, когда я слышала его имя, это было похоже на удар ножом в сердце.
«Конечно», — сказала Лина.
«Твое здоровье», — сказала Слоан, поднимая свою рюмку.
Мы чокнулись бокалами и залпом выпили виски.