«Мы можем посмотреть телевизор перед сном?» — спросила Уэйли.
«Конечно. Я просто пожелаю Ноксу спокойной ночи». Я давала ему выход. Мужчина, должно быть, был измотан, и я была уверена, что у него были дела поважнее, чем смотреть на YouTube эпизоды, где девочки-подростки делают макияж вместе с нами.
«Я готов посмотреть телевизор», — сказал он, неторопливо направляясь в гостиную со своим пивом. Уэйли бросилась на диван, свернувшись калачиком в своем любимом уголке. Собака запрыгала рядом с ней. Нокс занял противоположный конец и похлопал по подушке рядом с собой.
Итак, я села со своей племянницей, моим парнем в некотором роде и его собакой, и мы посмотрели, как пятнадцатилетний подросток с 2 миллионами подписчиков рассказывает нам, как правильно подобрать подводку для глаз под цвет наших глаз.
Рука Нокса, лежащая позади меня на спинке дивана, была теплой и успокаивающей.
Через пять минут после начала эпизода я услышала тихий храп. Нокс закинул ноги на кофейный столик, а голову откинул на подушку. Его глаза были закрыты, а рот открыт.
Я посмотрел на Уэйли, и она улыбнулась мне.
Нокс снова захрапел, и мы оба тихо захихикали.
31
Хитрый в штабелях
Наоми
Первая неделя сентября ворвалась в город с летней влажностью и первым намеком на опадающие листья. После нескольких дней пристального внимания Нэш настоял на том, что он достаточно здоров для дежурства за столом, и вернулся к работе на несколько часов в день.
Ужасная миссис Фелч внезапно объявила о своем уходе на пенсию и переехала в Южную Каролину, чтобы жить со своей сестрой. Уэйли была влюблена в своего нового учителя, мистера Майклза, и она вступила в футбольную команду. Мы пережили наше первое официальное собеседование с социальным работником, и хотя моя племянница дала понять, что она не поклонница овощей, которые я ей навязывала, мисс Суарес назначила домашнее исследование, что я восприняла как обнадеживающий знак.
Когда я не аплодировала со стороны, не спала с Ноксом и не поглощала книги по воспитанию детей, я работала. Я приступила к своей новой работе в библиотеке, и мне это нравилось. Между Хонки-Тонком и отделом по работе с общественностью в библиотеке я почувствовал, что действительно начинаю находить то, что полностью принадлежит мне. Особенно с тех пор, как большая часть города, наконец, перестала называть меня «Не Тина».
* * *
Наоми,
Боже, мне так жаль. Я скучаю по тебе. Без тебя здесь все не так. Я не имел права вымещать на тебе свой стресс. Я просто пытался обеспечить тебе лучшую жизнь. Если бы мы подождали так, как я хотел, ничего бы этого не случилось.
С любовью,
Уорнер.
* * *
Я вышла из своего почтового ящика с эффективным щелчком и тихим стоном.
«Опять Уорнер?» Стеф оторвал взгляд от своего ноутбука. Библиотека сегодня была почти пуста, и мой лучший друг занял столик рядом со столом для работы с населением.
«Да, снова Уорнер», — сказала я.
«Я же говорил тебе не открывать их», — сказал Стеф.
«Я знаю. Я открываю только все остальные. Прогресс, верно?».
«Ты раздеваешься вместе с Викингом. Тебе не нужно открывать плаксивые, пассивно-агрессивные электронные письма другого мужчины, спрашивающего, почему-тебя-здесь-нет-чтобы-заняться-моей-стиркой».
Я вздрогнула и огляделась, чтобы убедиться, что поблизости нет подслушивающих посетителей. «Часть меня любит видеть, как он пресмыкается, даже пассивно-агрессивно».
«Справедливо», — задумчиво произнес он.
«И другая, более логичная часть меня понимает, что на самом деле все это не имеет значения. Отношения, которые у меня были с Уорнером, были не более реальными, чем те, на которые я претендую с Ноксом».
«Кстати говоря, вы двое определенно много притворяетесь».