Сворачиваюсь калачиком на краю кровати, аккуратно положив на него руку. Сон не идет. Почти всю ночь я считаю вздохи. Вверх-вниз. Вдох-выдох. И снова по кругу.
Прокручиваю приход Боби в голове, рассматривая все вдоль и поперек. Никак не получается найти ответ, что же такого Боби видит в глазах немого, какую угрозу он там встречает. За этим занятием не замечаю, как все-таки проваливают в страну быстрых и нелепых кошмаров.
Хлопнувшая дверь резко и бескомпромиссно выдергивает меня из сна. Под рукой пусто. Нет вверх-вниз. Нет вдох-выдох.
Умер.
Подскакиваю, как ужаленная и понимаю, что кровать пуста. В предрассветных сумерках лишь смятая простыня со следами крови насмехается надо мной.
Он ушел.
В полусне быстро оглядываю небольшую квартиру, словно бы он спрятался как ребенок под столом. Пусто. Ничего.
Молниеносно выскакиваю на улицу в одной футболке и шортах, надеясь успеть поймать его. Он сумасшедший! Куда он пошел?! Ночью! В таком состоянии!
Ледяной ветер кусает меня, пронизывая до костей. Обхватываю себя руками, стараясь сохранить хоть немного тепла. В свете тусклого уличного фонаря тихим пеплом падает снег. И ни одной удаляющейся фигуры.
Я его потеряла. Он ушел.
Пытаюсь разглядеть следы на снегу, но тщетно – от подъезда их идет несколько десятков.
А я даже не могу позвать его по имени.
Глава 13
Мне хватило десять минут, проведенных почти голышом на улице, чтобы замерзнуть окончательно. Ноябрьский ветер не оставлял шансов, он забирал с собой последнее тепло моего тела. Поиски не увенчались успехом ни на один процент. Я понятия не имею, куда он ушел.
В разорванной одежде. С дырой в теле и лихорадкой.
-Прекрасно, просто замечательно, Джес!
Вяло поднимаюсь на второй этаж, не переставая ругать себя.
Как я могла его упустить? Он просто встал и ушел, а я этого не услышала.
Взял и растворился в темной ночи, словно никогда тут и не был.
Лишь испачканные кровью смятые простыни напоминают, что мне это не приснилось. Усаживаюсь на край кровати, проводя ладонью по плюшевому пледу, которым укрывала его эти два дня. Аккуратно беру его и подношу к лицу. Пахнет потом, кровью и цитрусом. По спине пробегают мурашки, которых я вообще-то не звала.
-Зачем же ты ушел…-спрашиваю у пустой квартиры, а она лишь молчит в ответ.
Внутри невыносимо тоскливо, словно у ребенка, которому сначала дали игрушку, потом сломали ее, а затем и вовсе отобрали. Хочется плакать, но слезы не идут.
Решаю, что так просто это не оставлю. Он не мог уйти далеко, он же ранен.
Быстро надеваю на себя теплый свитер, плотные джинсы, зимние ботинки и куртку. Ключи в карман, телефон во второй карман.
Снег повалил с утроенной силой, что заметно усложняет мои поиски. Даже у подъезда следы уже почти припорошило белым крошевом.
Решаю сначала пройтись на запад, в сторону сквера.
Быстрым шагом преодолеваю расстояние до главных ворот. На вид, снег тут кажется совсем нетронутым. Но, на всякий случай, решаю обойти сквер по периметру. Вдруг, удастся найти следы ботинок. Или следы крови.
Хоть что-нибудь.
Очень холодно, чувствую, как трясутся руки, пока я обшариваю глазами каждый куст. Приходится светить себе фонариком на телефоне, так как в ночи почти ничего не видно.
Сквер пуст, что одновременно и пугает, и вселяет надежду, что если я увижу вдалеке фигуру, то это окажется немой. Кому еще взбредет в голову гулять по скверу в снег в три часа утра? Только такой ненормальной, как я.