Три товарища: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— У меня? У меня всё хорошо, — она поправила очки в тонкой оправе. — Я же писала, что поступила в БГУ. Уже на 2-м курсе учусь, как бы…

— Да? — растерянно переспросил Алексей. Об этом он совершенно забыл. Сообщения, которые на телефон присылала сестра, он читал редко. Номер не менял, чтобы иметь хоть какой-то контакт с ней, но вёл себя крайне отрешённо.

— А ты как? Что с тобой произошло? В новостях сообщали, что весь флот погиб. Национальный траур объявили… А затем ещё эти списки… Списки жертв опубликовали. Там мы нашли твоё имя.

— Я жив, как видишь, — ответил Алексей. — Помят немного, но жив.

— Мы были так рады, когда узнали, что тебе удалось попасть в состав флота. Это было очень неожиданно. Я всем в универе рассказала, когда тебя показывали в новостях, что ты мой брат. Хвасталась. И они даже сходство обнаружили.

— Отдалённое, разве что, — усмехнулся Алексей. А затем нахмурился, спохватившись. Он понял, что обидел сестру. С её лица даже улыбка сошла. — Ладно, прости. Я не могу рассказать тебе, что со мной произошло — военная тайна. Всё слишком сложно.

— В принципе, это совершенно неважно, — вновь улыбнулась она. — Главное, ты жив. Мама все слёзы выплакала, пока не стало яс…

— Да ну? — ехидно ухмыльнулся Алексей. — Свои слёзы? Ага, так я тебе и поверил.

— Прекрати, пожалуйста! — попросила сестра. — Они действительно переживали. Им действительно не всё равно. Они совсем не жестокие. Совсем не такие плохие, как ты о них думаешь.

— Для тебя, — категорично отрезал Алексей. — Они неплохие для тебя. Я же считаю их исчадиями ада. Я столько лет терпел унижения, оскорбления и насмешки… Всё! Я не хочу к этому возвращаться! Не желаю об этом вспоминать! Ни слова о них!

Сестра испуганно посмотрела на сердитого брата. Она прекрасно знала, какой у него характер. Прекрасно знала, как и почему зародилась его ненависть к родителям. Но что-либо исправить и как-либо повлиять не могла. Она была уверена, что он тот человек, который не способен прощать.

— Тебе нужно найти в себе силы простить их, — всё же прошептала она. — За тебя это никто не сможет сделать. Пожалуйста, сжалься над ними.

— Сжалиться? Сжалиться над теми, кто издевался над ребёнком? Кто насмехался над ним? Кто называл неудачником и открыто заявлял, что сожалеет, что в молодости не сделал аборт? Нет уж! Я ничего не забыл! Никогда не забуду и никогда не прощу!… Тебя я рад видеть. Их — нет. На этом давай остановимся. Спасибо, что приехала.

Алексей неловко потянулся навстречу, когда сестра обняла его. Она опустила голову на его плечо и тихо всхлипывала. Алексей похлопывал её по спине и зло смотрел на растерянных родителей. Те тоже обнимались и тихо плакали в сторонке.

— Да уж, — Рамеш Патель наблюдал за представлением со стороны и даже спустился со ступенек, чтобы лучше слышать, о чём говорят брат и сестра. Это помогло собрать дополнительную информацию. — Похоже, этот самый сложный, — тихо ответил он своим мыслям. — Такую скорлупу просто так не расколоть. Придётся или приложить куда больше усилий, или… пересмотреть планы.

Глава 9. Алексей

Магнитогорск. 7 дней спустя.

Лейтенант Телегин Алексей Сергеевич.

Я сжал пустую пивную банку и отправил в полёт. Пирамидка из трёх банок, которую я выбрал целью, разлетелась. Попадание вышло идеально точным. Хоть я не летал на истребителе, а валялся на диване, метко стрелять не разучился.

Я зевнул, потянулся рукой к полу и поднял кусок зачерствевшей пиццы из открытой коробки. Укусил и понял, что пицца давно утратила вкус. Во рту словно сухари захрустели. Я сплюнул эту гадость обратно в коробку и открыл очередную банку пива. Половина отмеренного отпуска уже прошла, и я за это время успел познать все оттенки скукоты, так как Илюха и Никита оставили меня одного. Илья укатил с дедом на рыбалку и пропадал в каких-то комариных дебрях, а Никита восстанавливал дух и тело в компании жены где-то на Мальдивах. Состоятельные родители быстро организовали им "олл-инклюзив" и сплавили в тёплые края, чтобы молодая семья наладила отношения после долгой разлуки.

Так что остался я один-одинёшенек. С утра бегал и занимался на стадионе в ста шагах от съёмной квартиры. А день, вечер и ночь проводил на диване. Заказывал еду и бухло. Смотрел всякую ерунду и потихоньку забывал произошедшее.

Это было сложно, конечно. Не потому, что меня кошмарили воспоминания, а потому, что новости об атаке на американские территории вываливались сплошным потоком всю неделю. И я не мог себя заставить их не смотреть. Я лежал на диване и смотрел всё подряд. Хоть не горевал вместе со всем американским народом, хоть равнодушно смотрел на приспущенный звёздно-полосатый флаг, сопереживал всем тем семьям, которым удалось вовремя покинуть планету. Новостные передачи не жалели красок, не сдерживали эмоции, приглашая спасшихся на интервью. Бывшие колонисты рассказывали о пережитых ужасах, а затем на экранах появлялся знакомый гладкий шар.

Не знаю почему, но гриф секретности был снят. Американцы ничего не стали скрывать от жителей Земли. Показывали всё, что удалось зафиксировать, и с удовольствием комментировали. С английским я был на "ты" и часто смотрел словесные баталии американских аналитиков на разных шоу. Слушал их предположения, видел, как они ругаются, ссорятся и спорят. Всё это вызывало у меня смех. Они даже отдалённо не представляли, на что НЛО способен. Они откровенно называли объект "неопознанным летающим", но о его возможностях даже не подозревали.

Практически каждый день ближе к ночи, когда после выпитого одиночество накатывало особенно сильно, когда хотелось с кем-либо поговорить, но никого не было рядом, я возвращался в воспоминаниях к встрече с родителями. Почти шесть лет я их не видел. Но когда увидел, понял, что не жалею об этом. Что мог спокойно продолжать не видеть их дальше. Хоть шесть лет, хоть двенадцать, хоть сто.

Я, конечно, завидовал Илье. Завидовал его доверительным отношениям с дедом. У Илюхи хотя бы есть тот, о ком он будет заботиться в качестве благодарности за сохранённое детство. Ведь он сам не раз рассказывал, как мог очутиться в интернате, если бы дед принял иное решение. Но тот ради Ильи пожертвовал собственным комфортом и занялся воспитанием. Не избавился, отправив в училище, а таскал за собой по городам и весям и помог стать таким, каким он стал сейчас.

И я так же завидовал Никите. Завидовал тому, какая у него большая и дружная семья. Династия, блин! Ради Никиты и его молодой жены там каждый пойдёт на всё. Даже пожертвует чем-то. Могут себе позволить, что тут сказать.

И лишь я, несмотря на живых родителей и родную сестру, точно знаю, что семьи у меня нет.

Моё детство вряд ли можно назвать счастливым. По крайней мере, я его таковым не считал. Не знаю, как так вышло, но мои родители всегда были мною недовольны. Ещё будучи маленьким я начал грезить о звёздах и взахлёб читал все попадавшиеся в мои руки книги о космических путешествиях. Представлял себя главным героем и говорил родителям, что обязательно полечу в космос. Но те чаще посмеивались над моими мечтами. А мать даже как-то сказала, что я — дебил, и ничего у меня не получится.

Это сейчас я понимаю, что было не так. В чём причина такого отношения. Но тогда я не понимал. Когда уставший отец возвращался с работы, он пил. Не потому, что был запойным алкоголиком, а потому что чувствовал себя неполноценным. Неполноценным, потому что зарабатывал куда меньше своей жены — моей матери.

Практически сразу после института молодая девушка устроилась на хлебную должность в перспективной конторе и очень быстро взобралась по карьерным ступеням до ступеньки главного бухгалтера. Она стала очень хорошо зарабатывать, и по нашей квартире иногда тихо шаркали ногами люди таких профессий, как уборщица, кухарка, приходящая няня. Довольно быстро мать достигла таких успехов в карьере, что не только перестала готовить, но и вообще что-либо делать по дому. Но главное — она перестала уважать мужа. Некоторое время терпела несоответствие возможностей мужа своим возможностям, но всё же инстинкт взял верх. Она вонзила в его голову пилу и начала пилить. Да так пилить, что тот не выдержал. Что-то пыжился по началу, бросался в крайности, хватался за любую работу, которая в перспективе сулила бы большие дивиденды. Но не справился и сломался. А затем, вместо того, чтобы спасти остатки самоуважения и просто сбежать, нырнул в бутылку без акваланга.