Взрослые Лалиса Манобан и Бэм-Бэм. Рисунок Джу Вона.
— Это Лиса? — Тычет пальцем Бэм в рисунки. он уже давно догадался, что я везде рисую его "нуну".
— Ага! Только взрослая. наверное, здесь ей двадцать лет. — Складываю листы обратно в папку.
— А это кто? — Палец одноклассника упёрся в изображение молодого человека.
— Не догадался? — Смеюсь, смотря в озадаченное лицо Бэма. — Это ты! Таким ты будешь… Можно назвать эти рисунки так: "Бэм-Бэм и его нуна"!
— Правда? — Ясно, что с воображением у него не очень. — Ты можешь рисовать будущее?
— Ну, примерно, как я его себе представляю. На самом деле, вы можете выглядеть чуть иначе, чем на этих рисунках.
— Нет, не могу себе представить, как я буду выглядеть в двадцать лет… — Вздыхает Бэм.
Так и хочется сказать, что и я не могу, но руки заставляют! Не могут они чего-нибудь не изобразить, если другим не заняты…
— Ладно, мне сходить! Можешь взять рисунки, я тебе их дарю!
— А Лалисе показать можно?
— Конечно!
2010 год. Начало апреля. Первый отбор трейни, проводимый компанией "LG World Tour" совместно с "JIP Interteament".
— Быстрее, быстрее, опоздаем! — Отец Лалисы, Марко, рассаживает нас в своём автомобиле.
Мы едем на конкурс по отбору трейни. Это первый случай появления известных корейских лэйблов в Таиланде. Корейские айдолы приезжали, проводили концерты, но вот чтобы корейцы захотели принять на позицию трейни хоть одного тайца — это впервые. Машина трогается. Мы держим в руках свёртки с костюмами, в которых будем петь и танцевать. Отбор производится индивидуально.
Доехали вовремя. Перед залом, где происходит прослушивание кандидатов, стоит огромная очередь. Тут, наверное, тысячи четыре школьников. Переодеваемся по одному в машине Марко. На Бэме чёрный костюм, шляпа, белая сорочка, жилет. Лалиса, почему-то, оделась также, как и я. На нас оглядываются те конкурсанты, которые стоят впереди, и зайдут раньше нас. Ничего не понимаю до тех пор, пока не соображаю, что хитрая Манобан вновь подрезала отросшие волосы, и сделала такую же причёску, как у меня! А ведь мы будем выступать друг за другом…
Ожидание затянулось часа на три. Хорошо, что Марко оставил нам переносной холодильник-сумку. Внутри оказался прохладный сок манго, разлитый в несколько бутылок. На нас большая часть детей, стоящих под палящим солнцем, смотрела с нескрываемой завистью. Наконец, очередь дошла до дверей здания, где проходят прослушивания. Пока никто из школьников не получил желанный жёлтый бумажный конверт, означающий, что ребёнок принят в трейни.
Наша очередь! запускают группами по десять человек. Нас проводят в концертный зал, где перед сценой сидят менеджеры "JIP Interteament". Впереди нас семь человек. Опять приходится ждать, на сей раз, за кулисами. Проходит полчаса. И вот, первым выхожу я.
— Имя, фамилия, что покажете? — Устало спрашивает по-английски главный менеджер.
— Ким Джу Вон, Сеул. Буду петь.
Оживление среди корейцев, ведь я ответил на корейском языке, да и имя явно не тайское…
— Джу Вон, а как вы попали на этот отбор? Специально приехали из Сеула? — Интересуются корейские менеджеры.
— Нет, я тут живу и учусь в школе, а в Сеул поеду только в конце этого года.
— Понятно! Начинай!
Пою. Корейцы оживились. Может быть, я им понравился?
— Спасибо, Джу Вон. Поёшь ты хорошо. К сожалению, наш лэйбл приехал с целью взять в трейни тайца, а ты кореец. Но вот тебе синий конверт. Внутри находятся адреса лэйблов. которые принимают видеозаписи выступлений кандидатов в трейни. Посылать ролики можете через полгода. Вас вызовут на прослушивание в Сеул.
Так, нас пока не хотят, но надежду на успех нам оставили. Бреду за кулисы. Следующая по очереди — Лалиса. Её появление вызывает у корейцев недоумение.
— Джу Вон, мы же всё тебе объяснили! — Возмущается главный менеджер.
— Извините, господин стафф, но меня зовут Лалиса Манобан! — Краснеет от испуга наша подруга.
Чтобы больше ничего не случилось, я выскакиваю на сцену, и подтверждаю, что перед приёмной комиссией действительно тайка Манобан.