Ни один из нас не осмеливался двигаться еще некоторое время. Мы были обессиленными и запыхавшимися. Я не хотела, чтобы время возобновило свой ход. Я хотела остаться здесь с ним наедине как можно дольше.
А потом мой живот заурчал.
Рен засмеялся, и я опустила голову.
— Кажется, кто—то проголодался, — он взял мое лицо в свои руки и приподнял его. — Знаешь, что? — он поцеловал меня в кончик носа.
Я улыбнулась, чувствуя себя настоящей дурочкой.
— Что?
— Ты завладела мной одним лишь поцелуем, — мое сердце трепетно сжалось. — Я просто хотел, чтобы ты знала это.
Эмоции переполнили меня, и когда я заговорила, голос был хриплым:
— Хорошо.
Улыбка осветила его лицо, и он нежно поцеловал меня.
— Оставайся здесь. Ладно?
Я кивнула, и, когда Рен вылез из кровати, потянулась к подушке и прикрыла глаза, раскинув руки и ноги. Глупая улыбка растянулась на губах. Некоторые частички тела приятно побаливали, я и не могла припомнить, когда в последний раз была такой расслабленной. Мне будто целую неделю делали расслабляющий массаж, а теперь...
Внезапный крик и последующий за ним грохот донеслись из кухни, заставив меня резко подскочить. С колотящимся сердцем я спустила ноги с кровати и схватила рубашку Рена. Поспешно надела ее через голову, и она заструилась чуть выше колен. Схватив с комода кол, я выбежала в коридор.
Я остановилась в дверях кухни.
Святые батончики мюсли...
Мой послеоргазменный кайф затуманил мысли, и я совсем забыла о своем необычном соседе.
Рен прижал Динь к столешнице, прислонив кухонный нож к шее брауни, и его большая рука обернулась вокруг тельца Динь. На полу валялась миска, а рассыпавшиеся по всей кухне мюсли напоминали сцену ужаснейшего убийства семейки злаковых.
Рена за яйца, бабочку за зад.
Вылупившиеся глаза Динь нашли мои, а сам он повернул голову в мою сторону.
— Я ничего не сделал!
— Ты у нее на кухне, — прорычал Рен, его глаза опасно блестели. — Ешь ее хлопья Frosted Flakes. Что это за ахинея?
— Эм...
— Я всегда ем ее хлопья! — Динь вскинул свои маленькие ручки. — А вот ты голый. Полностью голый!
Ох, Рен полностью голый. Мой взгляд упал на его задницу, и... Мам—ма Мия, святые небеса, помогите мне, у него потрясающая задница. Изящно округленные ягодицы...
Страх за жизнь Динь остудил мой пыл.
— Рен, что ты делаешь?
Он вопросительно посмотрел на меня.
— Я собирался приготовить тебе завтрак, но наткнулся на этого мелкого уродца в твоей кухне.
Динь скривил губы.
— Ты собирался приготовить ей завтрак голышом? А потом будешь выносить мусор и заниматься прочей чепухой?