— Ладно уж, не буду я твоих женихов раньше времени пугать. Но смотри, Полинка, чтоб с умом, ясно?
О господи помилуй, только не эти разговоры…
— Никаких там… — отец грозит пальцем, — поцелуев и прочего. А то я твоих женихов в бараний рог скручу!
То что скрутит никаких сомнений. И меня, и женихов и всех кто под горячую руку попадется. Мне неловко от этого разговора.
— Ну поцелуев немного можно, — хихикает мама.
Мысленно стону, желая провалиться сквозь землю. Нет, у меня, конечно, теплые отношения с родителями, но поцелуи и всякое там «прочее» я с ними точно не готова обсуждать! Да и вообще, есть ли на свете что-то более неловкое? Сомневаюсь. Так я не краснела даже когда от Клюева с позором удирала.
— Нельзя, — категорично отрезает отец. — За ручки подержаться максимум!
— Хорошо, я поняла! — выкрикиваю, чтобы остановить их препирательства, а то они сейчас начнут перечислять все «можно» и «нельзя», а потом еще и письменно заверят.
Схватив сумочку, выхожу из комнаты. Папа помогает мне надеть пальто, мама поправляет воротник и красиво оборачивает свой дорогущий шарфик вокруг моей шеи. Натянув сапоги, бросаю взгляд на настенные часы. Они показывают 18:40.
— Все я пошла, а то опоздаю! — волнуясь, тараторю.
— Девушке простительно, — подмигивает мама.
— Я твою маму, между прочим, по два часа ждал! Ух, все нервы мне вымотала! Ты думаешь, чего я лысый такой?
— Да ну тебя! — фыркает мама и открывает мне дверь. — Ну с богом, Полинка! Ты не пропадай. Пиши и звони, если что. Мы с отцом на связи.
— Конечно, мамуль. Спасибо, — поцеловав родителей в щечку на прощанье, выхожу из квартиры.
Дорога к «Зефиру» пролегает через парк. На улице уже темно, но людей ходит много. Детишки играют в снежки, катаются на санках, родители гоняются за маленькими непоседами, а молодежь тусуется в старом амфитеатре. Я издалека замечаю несколько своих знакомых, но не останавливаюсь чтобы поздороваться. Опять же, начнут задавать вопросы, потом подколки начнутся, а мне не то чтобы хочется кому-то трепаться о свидании.
Нет, я не стесняюсь Клюева. Да и нас много раз видели мои друзья, да и его тоже, но тогда за этим кроме легкого флирта ничего не стояло. А может, это я так себя обманываю.
К «Зефиру» подхожу в 19:05. Опоздала все-таки! Что это за болезнь? И лечится ли она? В последнее время я слишком часто опаздываю.
Сперва мне кажется, что это злая шутка Королевой, ведь издалека создается впечатление будто кафе закрыто. И лишь подойдя, я понимаю что там полумрак.
Хмм, специально антураж создали на День Святого Валентина?
«Зефир» вообще славится тем, что здесь постоянно назначают свидания. Раньше встречались у памятников, а сейчас вот — в кафе. Такие времена и нравы. Я, как вы понимаете, в «Зефире» именно на свиданиях не была еще ни разу.
Неловко переминаюсь у входа с ноги на ногу, не решаясь зайти.
Так, соберись, Устинова! Плечи расправила, грудь вперед и шагай!
Закрыв глаза, начинаю считать про себя. Слышала, так советуют психологи, чтобы успокоиться.
Один… Два… Три… Четыре…
— Полина Устинова? — открыв дверь, спрашивает меня официант.
Ошарашенно на него таращусь. Вот уж не ожидала, что меня так встречать будут.
Пожалуй, именно тут должны были закрасться первые подозрения, но я иной порой веду себя как слепой котенок.
— Ага, — заторможено киваю головой.
— Отлично, вас уже ждут! Пройдемте!
Надо же, как у них тут все официально.