— Нет.
Сильнее впиваюсь пальцами в стакан с водой. Моя нетерпеливая сторона грозила вырваться наружу и убить мужчину напротив. Как можно быть таким снобом?
— Тебя усыновили, верно?
Тëмные глаза Тимура сужаются.
— Откуда тебе это известно?
Ах! Его мозг смог составить целое предложение, даже если это простой вопрос.
— Я провела кое-какую проверку.
Ладно, допустим, это была полная проверка его биографии, но я не собиралась говорить об этом. Его биография была не очень, так сказать, обширной, а скорее короткой и скомканной: Тимур Львович Энгберг, усыновлëн шведско-русской парой, звезда школы, с отличием окончил Лундский университет со степенью в области строительства и дизайна, не женат, детей нет. Скелетов в шкафу тоже не нашлось.
Челюсть Тимура напрягается ещë сильнее, глаза темнеют:
— Ты шпионила за мной?
Я встрепенулась от подобного заявления. Как он посмел?
— Проверка. Я не шпионю за людьми, Тимур Львович.
— Тогда держи свой проклятый избалованный нос подальше от моих дел.
— Прошу прощения? Ты только что назвал меня избалованной? — прошипела я, наклоняясь ближе к мужчине. — Как ты смеешь?
Благо нас разделяет стол, иначе я познакомила бы его лицо со своей ладонью.
— Я не терплю, когда кто-то копается в моей личной жизни, Ева. Хотя я понимаю, что у вас, возможно, скучная жизнь, и вы ищете, чем себя занять, но, пожалуйста, воздержитесь от вмешательства в дела, которые вас не касаются.
— София – моя сестра, и я, безусловно, имею право знать как можно больше о любом мужчине, с которым она решит встречаться. Насколько я знаю и могу предполагать, ты просто можешь быть не более чем ещë одним приспособленцем, пытающимся воспользоваться еë деньгами и связями семьи.
Тимур выглядел так, будто я вытащила пистолет и приставила к его виску. Возможно, какая-то часть меня хотела забрать слова назад, но было уже поздно. Ущерб был нанесен. Тимур, казалось, перестал дышать и замер, а воздух вокруг потрескивал от напряжения. Он выглядел опасным, как большая пума, готовая наброситься на свою добычу.
— Приспособленец?
Тимур повторил это слово так тихо, что я бы не услышала, если не следила бы за ним так пристально.
Ничего не отвечаю, хотя мое сердце бешено колотится, пока я думаю о том, на что способен этот человек. Он мог быть опасен, и меня вдруг охватывает страх за сестру. В его силах было разорвать сердце хрупкой Софи на части, если когда-нибудь она разозлит этого мужчину.
Его пальцы вцепились в край стола и побелели, когда он наклонился ближе ко мне; в глазах полыхала ярость.
— Ты маленькая дура, — Тимур выдавливает из себя. — В твоей голове есть хоть немного ума?
— Что произошло? — нас отвлекает нервный голос сестры.
София вернулась к столу и уставилась на нас, нахмурившись.
— Ева? — еë взгляд искал ответ на моем лице.
— Ничего такого, — отмахиваюсь, заставляя себя сохранять спокойствие.
Мне хотелось пристрелить Тимура Энгберга.
— Прости, милая, всë хорошо, — Тимур быстро целует Софи в губы. — Ева и я просто знакомились друг с другом, не так ли?
Тимур бросает на меня короткий предостерегающий взгляд, заставляя согласиться с ним. А я не была дурой и согласно киваю, принимая негласное прекращение огня.