— Не знаю, — она признает свое поражение. — Но я должна что-то сделать, Ев. В конце концов, это моя вина.
Мой телефон вибрирует на журнальном столике, и я спешу его взять, вчитываясь в новое сообщение.
— Вот черт! — окидываю взглядом часы.
9:45 утра.
Сообщение напоминало мне, что через пятнадцать минут начиналось срочное заседание совета. Я совершенно забыла об этом, поглощенная борьбой с Тимуром. Но как бы то ни было, мне нужно успеть.
— Что там? — София останавливает меня по пути в душ.
— Мне нужно торопиться, иначе я опоздаю на собрание.
Десять минут спустя я пытаюсь высушить волосы после душа и спрятать последствия бессонных ночей под глазами с помощью макияжа. А 10:10 захожу конференц-зал, заставляя всех собравшихся обратить на меня внимание.
— Прошу прощения!
Огибаю стол, поправляя длинные волосы, и присаживаюсь во главе стола с извиняющейся улыбкой. Улыбкой, которая секунду спустя превращается в злобный оскал, когда на глаза попадается ухмыляющееся лицо Тимура Энгберга.
— Ты! — вскакиваю на ноги. — Какого черта ты здесь делаешь? Это закрытое собрание только для членов совета директоров. Убирайся!
Тимур со спокойным лицом пожимает плечами и расслаблено откидывается на спинку стула.
— Надеюсь, Ева Романовна, у вас нет привычки опаздывать?
Мое лицо вспыхивает от злости.
— Нет, это не так, Тимур Львович, — выдавливаю сквозь стиснутые зубы. — Меня задержали.
— Как интересно, — пробормотал Тимур, выглядя слишком довольным. Наблюдает за мной сквозь ресницы с кривой улыбкой на губах. — Он, должно быть, великолепный любовник раз вы забыли о своих обязанностях.
— Простите? — в шоке выпучиваю глаза.
— Возможно, нам стоит начать собрание, — невысокий мужчина наклонился вперед и откашлялся.
— Хорошо, — Тимур просто пожимает плечами, открывая свой ноутбук.
— Простите, но мы не начнем, пока Энгберг не уйдет, — вздергиваю подбородок и с вызовом в глазах. — Это собрание для совета директоров и, насколько мне известно, Тимуру Львовичу здесь не место.
— Наоборот, Ева Романовна, я имею полное право быть здесь, — Тимур ухмыляется.
Осматриваю всех присутствующих в поисках поддержки. Взгляд останавливается на Каролине, сестре матери.
— Поправьте меня, если я ошибаюсь, Каролина, но ведь это собрание руководства, не так ли?
Каролина неловко ерзает на стуле и опускает взгляд на блестящую поверхность стола.
— Так и есть. Но Тимур Львович выдвинул очень убедительный аргумент. Теперь у него, э-э, контрольный пакет акций и…
— Каролина пытается сказать вот что… — вмешивается Тимур, — теперь я имею право голоса в управлении отелями Гёршт, и если у вас есть проблемы, Ева Романовна, то я предлагаю вам уйти сейчас, чтобы мы могли заняться более важными делами.
Наступает гробовая тишина. Мне нечего ему сказать. Единственным желанием было убить Тимура Энгберга. Во мне бушует гнев и ненависть. Это ужасный человек.
— У кого-нибудь еще есть вопросы? Нет? Тогда приступим.
Кусаю губы и борюсь с желанием встать и уйти отсюда. Только то, что он тут и перетягивает на себя руководство этим собранием, бесконечно раздражает. Как дошло до такого? Мой план использовать эту встречу, чтобы обсудить вопрос выкупа акции у Тимура, отходил все дальше и дальше. Мне нужно было догадаться, что он появится на этой встрече.
Тимур держался холодно и уверенно, внимательно слушая одного из руководителей филиала. Красивое лицо без выражения каких-либо эмоций, пиджак черного цвета, подчеркивающий невероятно широкие плечи. Глаза цепляются за густые волосы, в которые отчего-то хочется запустить пальцы и ощутить их мягкость.