— Я никого не убивал! — упрямо стоял я на своем. — Наока бандит и должен сидеть в тюрьме! А если твои законы не согласны с этим, то я сам докажу это всем вам, только дай время!
Ен хотел еще что-то возразить, но, в это время появились солдаты и доложили, что в соседних с залом помещениях никого нет.
— Хорошо, — буркнул тот. — Отправляйтесь к машинам, мы следом. Ты идешь? — Он повернулся ко мне.
— Идите. Я догоню вас.
Ен недоуменно пожал плечами и, окончательно расстроенный, вышел из зала.
Я стянул с головы шлем и прислушался к его удаляющимся шагам. Волосы под шлемом взмокли и прилипли ко лбу, как и куртка под защитным жилетом, пропитавшаяся потом. Только сейчас я почувствовал, как от напряжения дрожат мои колени.
В воздухе стоял отвратительный запах горелого человеческого мяса. Я огляделся по сторонам. Помещение было старинным. В тех местах, где под ударами пуль штукатурка осыпалась, просматривались какие-то живописные фрески.
— Господин! — окликнул меня чей-то тихий неуверенный голос.
От неожиданности я даже вздрогнул. Резко обернулся, вскидывая оружие. Зал, по-прежнему, казался пустым. Наверное, показалось?
— Господин! — снова позвал голос, на этот раз громче и увереннее.
Я вгляделся в дальний конец зала, лежавший в глубокой тени, и только теперь заметил в небольшой нише человеческую фигуру.
— Кто здесь?
— Не стреляйте! У меня нет оружия.
Видимо, мой суровый голос еще больше напугал человека, и, чтобы доказать свою безобидность, он поспешно вышел из своего укрытия в полосу света. Я не без интереса осмотрел своего нового знакомого. Он оказался невысокого роста и тщедушного вида, лет пятидесяти на вид, с явными монголоидными чертами лица, сильно выпачканного копотью.
— Кто вы? — повторил я свой вопрос.
Человек опасливо покосился на оружие в моих руках и едва слышно пролепетал:
— Чен Джу…
— Так, замечательно! — усмехнулся я. — И что вы здесь делаете?
— Поверьте, я оказался в этом доме совершенно случайно! Клянусь богом! Я не хотел идти сюда, но мой брат… Это все он, он заставил меня. Поверьте, я ни в чем не виноват!
— Допустим. Почему же тогда вы следили за мной?
— Я? Я не следил, что вы! Я просто спрятался, когда началась вся эта стрельба. Я так боюсь, когда вокруг стреляют… Мне страшно умереть… — Он как-то виновато, совсем уж по-детски, потупил взор.
— Хорошо! — вздохнул я. Напряжение и усталость, скопившаяся за время боя, теперь вылились наружу. Я бы с удовольствием сейчас растянулся прямо на каменном полу и уснул, но этот человек все еще что-то говорил, заискивающе глядя на меня. Опустившись на каменную тумбу и положив пистолет на колени, я устало посмотрел на него.
— Чего же вы все-таки хотите от меня?
— Я? — человек снова растерялся. — Собственно, ничего… То есть, нет, — спохватился он, испугавшись еще больше, — я хотел помочь вам!
Он посмотрел на меня глазами преданной собаки.
— Помочь? Интересно чем же?
— Простите меня, но я стал невольным свидетелем вашего разговора с тем суровым молодым человеком, — продолжал Чен Джу. — Видит бог, я этого не хотел! Это получилось совершенно случайно, и я могу поклясться…
Я устало поднял руку, чувствуя, что сейчас он опять пустится в пространные объяснения, и тогда толку мне от него не добиться.
— Хорошо. Что дальше?
Чен Джу смущенно улыбнулся, показав редкие зубы.