— Не понимаю, — сказала Клэр.
— К чёрту, это не важно, — встрял Тони. — Суть в том, что сын Джонаса богат. Мы не можем выкупить нашу дочь за деньги.
— Наша дочь не товар.
— А я этого и не говорю. Но опыт показывает, что всё имеет свою цену.
Клэр взглянула на мужа.
— У Нат нет. И у неё нет долгов.
— Я не это имею ввиду, — сказал Тони. — Я имею ввиду, что всё и вся имеет цену. Возьми, к примеру, картину в гостиной.
— Сальвадора Дали?
Тони кивнул.
— За сколько бы ты продала её?
— Ни за сколько, — Клэр покачала головой. — Ты купил её для меня во время нашего путешествия в честь юбилея. Она бесценна.
— Значит цена её не в деньгах. Если бы я предложил тебе вернуть Натали домой в обмен на эту картину, ты бы согласилась?
— Не моргнув глазом.
— Видишь. Вот и цена, — Тони посмотрел на Фила. — И для Смитерса цена не в деньгах. Нам нужно найти, в чём. Если вы оба уверены, что мы не должны возвращать её домой силой, мы найдём другой способ.
— Может, мы не сможем.
Тони посмотрел на Клэр.
— О чём ты говоришь?
— Я хочу сказать, что Натали выросла; она взрослая. Так же, как и другие наши дети. Нэйт прожил последний год в Лондоне. Николь в Нью-Йорке. Натали не собирается оставаться здесь навсегда.
— Она не останется с ним.
— Я хочу счастья нашим детям. А ты?
— Конечно, — ответил он.
— Может быть, она счастлива с ним. Она явно не была счастлива в Гарварде. Нам просто нужно понять это.
Тони покачал головой:
— Нам нужно знать, что, к чёрту, произошло. Я должен её увидеть.
Фил кивнул.
— Что относительно встречи в аэропорту? Я всё же думаю, что лучше, чтоб Тейлор прислала видео. Если Натали выглядит хорошо, то, можно пока не идти на контакт.
— Я согласна, — сказала Клэр. — Но, если у Тейлор будет малейший повод для тревоги…
— Если так, то она тут же будет действовать. — Тони откинулся назад. — Куда в Вермонте они поедут? Есть его адрес? Он же не собирается опять исчезать в горах.
— Не буквально исчезать, но он живёт в большом поместье в предгорье Монт Мансфильд. У нас есть адрес.
Клэр вздохнула.