— А? Да, пойдем, только палочку купим.
Мы шли по аллее. А в кино было круче! Реальность оказалось пресной и серой. Косые здания, дорога мощёная камнем, пыльные витрины. Народу практически не было. Мы дошли до неприметного магазинчика с очень пыльной витриной, на которой красовалась одна палочка. Я толкнул дверь и вошел внутрь.
Звякнул колокольчик.
— А, Лорд и наследник Малфои! — сказал низенький старичок за витриной.
— Здравствуйте, мистер Олливандер. Палочка Драко перестала его слушаться.
— Да, Лорд Малфой, такое бывает, когда человек переживает сильное потрясение в жизни. Любовь, ненависть, страдание, потерю…
— Собственную смерть, — перебил я.
О, да! На такой эффект я и рассчитывал — лицо вытянулось, глаза по пять рублей, ртом воздух хватает и смотрит как на птеродактиля. Малфой только усмехнулся. Наконец мужчина справился со своим шоком.
— Да, смерть тоже влияет. Ну что же, давайте приступим, — он достал из коробки палочку, — попробуйте. Клен и сердечная жила дракона.
Я взял в руки палочку и… она осыпалась прахом.
— Хм, хм, интересно… Попробуйте эту — железное дерево и мантикора.
Палочка не рассыпалась, но больно обожгла. Я выронил ее.
— Жжется.
— Ради эксперимента, попробуйте — бук и волос единорога.
Я взял в руки и она, как и первая, осыпалась прахом.
— Видимо, дерево вам не подходит. Попробуйте это, — мужчина протягивал мне палочку серого цвета. — Китовый ус и сердце гриндлоу.
Б-р-р-р, если деревянные обжигали, то эта, наоборот, холодила руку. Я выронил ее.
— Холодно!
— А вы интересный клиент, наследник Малфой!
Мы пробыли в лавке почти час. Я перепробовал кучу палочек — одни осыпались прахом, другие жглись, третьи морозили, четвертые просто не работали, пятые устраивали погром. Я устал, Люциус тоже выглядел не лучшим образом.
— Может, поищем в другом месте? — спросил я Малфоя.
— О, я знаю, что вам нужно! — Олливандер протянул мне белую палочку.
— Люмос, — слабый огонек на кончике показал, что все же, для меня можно что-то подобрать.
— Это костяная палочка. Она сделана из кости дракона.
— Я бы хотел другую. Эта — чужая.
Мужчина нырнул под прилавок и вытащил три коробки. Крайняя левая меня просто манила. Я, не думая, заявил:
— Эта, — ткнув пальцев в коробку.
Продавец вынул черную, как смоль, палочку с резной ручкой и передал ее мне. По телу разошлось приятное тепло. Я, повинуясь какому-то инстинкту, взмахнул палочкой. Из нее вылетели черные и красные бабочки.
— Невероятно! — произнес продавец.
— Почему?