Человек у двери настойчив.
— Как она может гарантировать безопасность от лица обоих миров? Она Брума. Татум не сдержит клятву, — орёт он.
— Думаешь, это ускользнуло от моего внимания, Эсус? — огрызается Адокс, не сбитый с толку вопросом. — Уиллоу дала клятву от имени Короля Джована. В настоящее время Татума и первый сын Татум находятся в замке Короля Джована. Они также принесли свою клятву относительно будущей безопасности Ире.
— Но Татума ещё не правит, — произносит тот же человек.
Я скриплю зубами и сохраняю молчание.
— Вы знаете, как нестабилен сейчас Осолис. Я не думаю, что Татум долго пробудет у власти.
Мужчина у входа, Эсус, не отвечает, и я расслабляю плечи.
Адокс оглядывает группу.
— Если вы не хотите в этом участвовать, вы должны уйти сейчас. Я даю своё обещание, миссия не представляет особого риска, хотя и сопряжена с некоторой опасностью. Она не предполагает ни сражений, ни общения с Солати.
Он делает паузу, чтобы проверить, не собирается ли кто-нибудь уйти. Я прикусываю щёку, чтобы не рассмеяться над оскорбленным выражением лица Хамиша. Никто не уходит. Даже Эсус, который так упорно сопротивлялся.
По команде Адокса все занимают свободные подушки. Здесь одинаковое соотношение мужчин и женщин, от подростков до людей среднего возраста. Через несколько мгновений все усаживаются. Адокс жестом указывает мне, чтобы я взяла управление на себя, как и планировалось. Я перемещаюсь в центр шатра, руки сцеплены за спиной, плечи отведены назад. Меня никогда этому не учили. Но Аквин был самым близким мне человеком, похожим на отца. В отсутствие другого примера для подражания я копировала все его движения. Он был лучшим из Элиты и Начальником стражи, поэтому я рада, что решила подражать именно его манере двигаться.
Я осматриваю толпу, как это только что делал Адокс. Но вместо того, чтобы пытаться задобрить их, я ищу признаки страха и недоверия, признаки уверенности и возбуждения. Я трачу на это пару минут, мысленно разделяя группу.
— Ты, ты и ты, — указываю я. — Сядьте вместе.
Они в недоумении, но делают то, что я говорю. Я прохожу через группу из тридцати человек, разделяя их по двое и по трое, пока, кроме меня и Адокса, не остается только один человек. Адокс должен остаться на Скале Собраний и координировать атаку. Второй человек будет моей парой.
— Запомните свои группы, — говорю я. — Они будут сопровождать вас во время миссии.
— Но что мы в самом деле делаем? — спрашивает Хамиш — единственный человек, оставшийся без группы.
Я поднимаю бровь.
— Мы собираемся уничтожить тропу, — говорю я.
В ответ на мои слова раздаются вздохи. Несколько человек не удивлены, они либо достаточно умны, чтобы понять это самостоятельно, либо Адокс ввёл их в курс дела ранее.
Осолис и Гласиум находились на одном уровне, соединённые плавучими островами. С точки зрения логики, казалось бы, можно просто идти по прямой, перепрыгивая с острова на остров, чтобы попасть из одного мира в другой. На самом деле всё было иначе. Острова были разной формы, размера и высоты. Когда наши предки создавали тропу, они потратили годы на поиск самого простого пути. Затем они построили опоры между теми плавучими островами, между которыми нельзя было просто перепрыгнуть, и составили две карты. Прежде чем я сама оказалась на Оскале, я думала, что путешествие будет лёгким. Наверняка ты увидишь следующую опору или следующий участок и тропа будет очевидна. Теперь я лучше понимаю ситуацию. Тропа извивающаяся, двоящаяся и хлипкая. Нет нужды говорить, что по тропе ходят только мирные делегации, люди, желающие смерти, или, в данном случае, несколько сотен солдат. Конечно, после моего обнаружения Ире и их летающих устройств, тропа больше не является единственным средством преодоления расстояния между мирами. На самом деле, чтобы добраться из Осолиса в Гласиум на Флаере, требуется три удивительных дня — если правильно рассчитать время, учитывая количество дыма вокруг моего родного мира. Три дня на Флаере или месяц пешком с высоким риском погибнуть? Я знаю, какой путь я бы выбрала для перемещения по Оскале.
— Каждая группа разрушит две-три опоры на тропе, — говорю я, пока они всё ещё осознают, что я им сказала. — Мы с Хамишем разберёмся с ближайшими к армии Солати.
Зелёные глаза Хамиша снова встречаются с моими. Я возвращаю его улыбку.
— Каждая группа будет помогать уничтожать препятствия перед армией Солати, — продолжаю я. — Команды, созданные здесь, — я жестом показываю на тех, кто рядом с Хамишем, и выглядят наиболее уверенными, — займутся препятствиями рядом с Хамишем и мной. Группа, следующая за ними, займется следующим после них участком, и так далее, — я указываю на представителей Ире, находящихся дальше всех от Хамиша, двух молодых парней и робкую девушку. — Ваша группа займётся ближайшими к Гласиуму опорами.
Убедившись, что все всё поняли, я двигаюсь дальше.
— Адокс обсудит с каждой группой точные места, которые вам предстоит разрушить, чтобы не было путаницы. Что касается способа разрушения каждого препятствия, то это зависит от вас. Вы возьмёте с собой несколько инструментов: топоры, ножи, пилы. Как бы вы это ни делали, шум должен быть минимальным.
Я медленно поворачиваюсь по кругу.
— Мне не следует вам об этом напоминать, но я всё равно скажу. Ваш основной приоритет — не быть замеченными. Если люди, находящиеся ближе к армии, сочтут действия небезопасными, вам прикажут подождать или перейти к следующей части тропы. Мы хотим спасти жизни, но не ценой потери ваших. Понятно ли это? — спрашиваю я.
Тридцать серьёзных лиц кивают мне в ответ.
— В случае если вас увидят, как можно быстрее прячьтесь. Помните, что эта армия путешествует уже несколько недель, причём медленно. Они устали, и у них нет причин ожидать нападения сверху. Они могут принять увиденное за обман зрения. О любых фактах обнаружения сообщайте Адоксу.
Во время своего перехода я по ошибке приняла трещины в скалах за ящериц Теллио и подумала, что схожу с ума, когда увидела вспышки красного цвета. Позже я поняла, что красные вспышки были от Джимми, который следовал за нами через Оскалу.