«И, кстати, я полностью и бесповоротно влюблен в тебя.»
Ей следовало поднести трубку к губам и сказать ему, что она тоже его любит. Надо было рассказать ему о Винтервилле и вместе найти решение.
Она должна была доверять ему. Доверять своим суждениям о нем.
Вместо этого она притворилась, что не слышит.
— Он, — прошептала она. — Я бы выбрала Джоша.
Норт кивнул, выглядя совершенно не удивленным.
— Вот что тебе нужно ему сказать. Думаю, что это то, что должен услышать каждый парень. Что он возглавляет твой список. Что ты выбираешь его.
Ее глаза наполнились слезами.
— Я должна была выбрать его с самого начала. Потому что таким образом я бы выбрала то, что лучше для меня.
— Я отвезу тебя прямо туда после шоу.
— Я могу доехать туда сама.
— Ты плачешь уже два часа. Ты почти ничего не видишь своими опухшими глазами. Думаю, что будет безопаснее, если я сам поведу машину. Думай об этом, как о моем подарке тебе. За то, что помог тебе все испортить.
— Мне не нужна была большая помощь в этом, — пробормотала она.
— Да, но я все равно взял с тебя обещание не говорить ему. И это на моей совести. Так что позволь мне помочь тебе сегодня вечером.
Она кивнула, слова застряли у нее в горле.
— Спасибо, — сумела прохрипеть она.
Грей Хартсон заканчивал свою песню, и вся аудитория стояла, покачиваясь в такт музыке.
Черт возьми, он симпатичный мужчина.
Его жена и дети стояли по другую сторону сцены и улыбались ему, как будто он был каким-то Рок-Богом. Эверли познакомила их ранее, и Холли нашла их такими милыми и добрыми. Мэдди Хартсон обняла каждого из них и пообещала приехать в Винтервилл вместе с семьей, как только все закончится.
Грей взял последнюю ноту, и публика начала кричать, топать ногами и хлопать в ладоши. Он поднял руку, приветствуя их всех, затем взглянул за занавес, ожидая указаний. Норт кивнул ему.
— Дамы и господа, прежде чем я уйду, я хотел бы спеть вам еще пару песен. Но на этот раз мне нужна небольшая помощь. Кто-нибудь знает кого-нибудь, кто может петь, как Кэнди Винтер?
— Эверли! — крикнул чей-то голос. — Тебе следует спросить Эверли.
— Да! Нам нужна Эверли Винтер, — согласился кто-то еще.
Внезапно театр наполнился криками, призывающими ее выйти на сцену. Эверли подошла к кулисам, ее лицо было бледным, как снег.
— Ты готова? — спросила ее Холли. Она ни словом не обмолвилась с Эверли о своих проблемах с Джошем. Кузина была слишком взвинчена для этого.
— Ни капельки, — призналась Эверли, нахмурившись, когда посмотрела на Холли. — Ты в порядке? У тебя красные глаза.
— Грей Хартсон всегда заставляет меня плакать, — солгала Холли. — Теперь хватит обо мне. Тебе нужно выйти на сцену.
Грей крикнул:
— Леди и джентльмены, пожалуйста, поднимите руки для единственной и неповторимой Эверли Винтер!
Громкость возгласов возросла, отчего у Холли зазвенело в ушах. Эверли обняла Аляску и Норта, затем схватила Холли за руки.