— Меган! — Я хватаюсь за свою сумку, как за спасательный круг. — Меня приняли в Тиш.
Древки с грохотом падают на асфальт, а Меган визжит так громко, что ее, наверное, слышно на Манхэттене. Меня окутывает вихрь кудряшек и аромат розмарина.
— Как? Когда?
— Только что.
Я дрожу, словно несколько дней ничего не ела. Я сунула письмо под подушку, но черные строки навечно отпечатались в моем мозгу: «Мы рады зачислить Вас на танцевальное отделение…»
— Они, видимо, прислали и мейл, но я после окончания учебы и не подхожу к компьютеру. А ответ надо дать до следующей пятницы. Прямо не знаю, что делать.
— Родителям ты, естественно, не сообщила?
У меня трясутся руки.
— Я спустилась по водосточной трубе прежде, чем они успели ко мне прицепиться.
— Эвер! — Меган берет меня за плечо и тянет к школе. — Надо бы тебе прекратить занятия. Если сломаешь ногу — как тогда будешь танцевать? А вдруг ты надолго сляжешь?
— Я не собираюсь ломать ногу.
Меган хмурится.
— Значит, Тиш. Ты туда хочешь?
— Не знаю. Даже притом, что это кажется абсурдным, правда? Мне ведь прямая дорога в медицинский. Ты же знаешь, как моя мама относится к танцам — практически как к проституции: вертеть задом большого ума не надо. В любом случае Тиш мы позволить себе не сможем. Узнай мои предки, что я подала заявление и меня приняли…
— А финансовая помощь?[3]
— Этого недостаточно. В письме упоминалось про стипендию.
— Ее выплачивает Тиш?
— Нет, Творческая ассоциация[4]. В следующую субботу, после того как выступим на параде, мне нужно будет пройти прослушивание в Кливленде. В час тридцать.
— Номер балетный? Джазовый? — Меган так яростно вцепляется в меня, что даже больно.
— Какой угодно.
— Как насчет нашего танца? Ты сама его поставила — это же что-то значит, верно? Хорошо бы показать дуэт!
— У меня больше ничего и нет!
Меган хмурится, напряженно размышляя.
— Нам придется ехать с городской площади на такси. Вот черт! — Она толкает меня в сторону душевой. — А теперь нам действительно пора тренироваться. Иди переодевайся!
Через пять минут мы уже сидим спина к спине на траве. Я поднимаю стеклопластиковое древко, чтобы образовать с Меган треугольник в исходной позиции. Внутри меня, как мед, разливается знакомое тепло: предвкушение чеканного ритма.
Низкие ноты духовых.
Мы разгибаемся, словно распускающиеся цветы. Выпрямляем ноги. Черные полотнища флагов, прорезанные молниями, сливаются воедино в лучах восходящего солнца. Мы становимся рядом, разворачиваем флаги в противоположных («Черт, не туда», — извиняется Меган) направлениях, салют в обе стороны, разворот, медленное вращение, еще одно, потом быстрее, пробуждение.
Тут музыка взрывается — и мы тоже.
Я делаю пол-оборота. Вихрь, поднимаемый зеркальными движениями Меган, треплет мои волосы. Черно-золотой винил хлопает у меня над ухом, когда я подбрасываю свой флаг в небо и делаю двойной пируэт, ноги топчут газон, черные пряди волос хлещут меня по лицу. В воздухе разносится аромат травы, и я так остро ощущаю его, — танцуя, я с небывалой полнотой воспринимаю все вокруг.
Меган врезается в меня, древки флагов скрежещут.
[3] Речь о финансовых выплатах (или специальном кредите), которые получают малоимущие студенты вузов, не имеющие возможности полностью оплатить обучение.
[4] Творческая ассоциация (Arts Association) — в США местная некоммерческая общественная организация, созданная для материальной, координационной и иной помощи студентам, обучающимся исполнительским искусствам (танцу, актерскому мастерству, музыке и т. п).