Мне всегда было комфортнее в форме Волка, поэтому я не сопротивлялась изменениям, пока они проносились по моему телу, но, когда все закончилось, я не могла не завыть снова.
Я свернулась калачиком, пытаясь согреться в норе, но меня уже била дрожь.
Мои мысли сосредоточились на обещании, которое дала papà, прежде чем он оставил меня здесь. Завтра я должна была снова пройти испытание. И на этот раз я должна его пройти. Потому что если я провалюсь второй раз, то буду умолять о ночи в норе в качестве наказания, а об альтернативе не стоило и думать…
Мой пульс подскочил и заколотился, как тогда, в той чертовой яме в земле, когда мне было восемь лет, когда я рывком села в кровати. Пятнадцати лет было недостаточно, чтобы полностью отбросить эти воспоминания, но я совершенно отказывалась признавать их при холодном свете дня.
Я зарычала, пытаясь восстановить самообладание. В этом месте я не могла позволить себе ни на секунду ослабить броню, поэтому я засунула кошмары прошлого так глубоко за стены разума, как только смогла, и заставила себя отвлечься.
Я нахмурилась, заметив открытую дверь в камеру. Я почти проспала положенное время для душа, и после проведенной ночи мне определенно стоило помыться. Я была грязной во всех смыслах этого слова, и мне действительно нужно было смыть землю с моей кожи.
Не то чтобы я жаловалась.
К счастью, когда я вернулась из Двора Орденов, мой маленький хорист был на дежурстве, и он залечил мои раны без лишних вопросов.
Я вышла из камеры и врезалась прямо в гигантский живот Пудинга. Как удариться о гребаную стену. Я выругалась, упав на задницу и с рычанием уставилась на него.
— Осторожнее, — пробормотал он, и я поборола желание кусаться, вспомнив предложение Роари подружиться с соседом.
— О, привет, Пудинг, — мило сказала я, несмотря на раздражение. Он просто посмотрел на меня, словно спрашивая, что я делаю на полу, и я продолжила. — Вообще-то я припасла кое-что для тебя вчера, но мы не виделись до отбоя.
— Что у тебя есть? — спросил он, протягивая мне волосатую руку.
Я взяла ее, и он поднял меня на ноги так быстро, что у меня чуть не закружилась голова. Я нырнула обратно в камеру и взяла с полки стаканчик с пудингом, а затем протянула его ему.
— Я слышала, что тебе нравится…
Он выхватил стаканчик без единого слова и зашагал обратно в камеру.
Мои губы приоткрылись, и я пошла за ним, хмурясь при виде горы хрени, что заполняла его камеру. Он не оглянулся в мою сторону, но выражение его лица, когда он добавил новый стаканчик с пудингом в гору, было почти безмятежным. На его губах заиграла улыбка, а кустистые брови приподнялись. Он очень старался, выстраивая все как надо, и удовлетворенный стон вырвался у него, когда он отступил назад, чтобы оценить свой шедевр.
Для меня она все еще выглядела как большая старая куча дерьма, но было видно, насколько это было важно для него.
Это означало, что мой стаканчик, тоже много для него значил. Мы уже были практически лучшими друзьями.
Я отвернулась с ухмылкой, оставляя его купаться в великолепии его беспорядка, а сама отправилась на поиски душа.
Я прикусила губу, торопливо спускаясь по металлическим лестницам с вещами для умывания в руках. Я заправила прядь волос за ухо, прощупывая слегка выпирающую метку, которую луна подарила нам с Итаном, когда мы стали парой.
Я определенно не ожидала такого поворота событий, но и не очень-то расстроилась. Я хотела привлечь его на свою сторону, и теперь он захочет помочь мне еще больше. Все было просто идеально. Если не принимать во внимание, что звезды выбрали нас друг для друга навсегда. Я все еще не была полностью уверена в этом. В конце концов, он был в Лунном Братстве, и даже если бы не был, была ли я действительно готова просто забросить идею о любых других парнях до конца моей жизни? Может, он и был охуенно хорош в постели, но это было практически все, что я о нем знала. Так что нет. Я не прыгала от радости в надежде сказать «да» в ближайшее время. Но я была за то, чтобы использовать эту связь для реализации дальнейших планов. И, конечно, в данный момент он все равно дулся из-за всего этого, заставил меня поклясться хранить тайну, как будто мы были тринадцатилетними девочками на ночевке. Но это было нормально. Пусть не спеша зализывает свою уязвленную гордость, и когда он больше не сможет сопротивляться притяжению, то сам прибежит.
Я трусцой вбежала в тихую душевую, мимо охранников, которые стояли в коридоре и проверяли, чтобы у нас не возникло никаких идей о том, чтобы попытаться пойти куда-то еще. Не то чтобы у нас были какие-то варианты, поскольку стальные двери над лестничными пролетами были опущены. Они поднимали их только когда нам разрешалось подняться на второй этаж на завтрак, а до тех пор без пропуска и магической подписи через них было не пройти.
И я не собиралась пытаться реализовать свои планы таким очевидным способом.
Я вошла в пустое пространство, выложенное грязно-бежевой плиткой, и стянула с себя одежду, хаотично вешая ее на крючок, а затем поспешила к душевым. Их ряд шел вдоль задней стены, и мы имели удовольствие мыться рядом друг с другом. Перспектива была особенно мрачной в то утро, когда я оказалась рядом с Планжером.
Охранники не прилагали усилий, чтобы выпроваживать нас, когда приходило время следующего блока, но мне не очень хотелось оставаться здесь, когда пойдет новый поток. Было достаточно плохо мыться на виду у всех остальных, чтобы еще и тереться плечами с ними.
Я сразу же нырнула под поток полутеплой воды и начала натирать свои длинные волосы куском шершавого мыла, которое мне выдали по прибытии. Приличные средства личной гигиены были в моем списке на первом месте, когда я получу жетоны, но до тех пор, пока нам не разрешат потратить их в конце недели, мне оставалось довольствоваться мылом.
Я поспешила закончить как можно быстрее, так как жалкая температура воды не смогла изгнать холод из моих конечностей, порождая неизбежную дрожь.
Как только пена смылась с моих волос, я выключила душ и взяла полотенце, грубо вытираясь, прежде чем обернуть его вокруг себя.
Я обернулась, чтобы взять одежду, и остановилась, обнаруживая, что комната заполнилась группой злобных фейри, которые все смотрели на меня.
Обведя взглядом внезапно появившихся, я уверенно шагнула вперед, ища среди них лидера и останавливая взгляд на парне в центре группы. Он был высоким и стройным, и я могла предположить, что его одежда скрывала жилистые мышцы, хотя что-то в его ауре казалось… неправильным. Татуировки проглядывали под манжетами рукавов и покрывали его шею. Под левым глазом был набит маленький символ Козерога, похожий на каплю слезы, еще больше татуировок было на бровях и правой скуле. Это был человек, к которому не стоило относиться легкомысленно, но это также означало, что я не собиралась отступать ни на секунду.