Ноэль стоял на улице, рядом с экипажем Харви Кэррингтона, они ожидали появления миссис Кэррингтон, вместе со своей племянницей. Слушая что-то об охоте на лис маркиз словил себя на мысли, что не прочь затолкать того в карету и пустить её под откос. Возможно, виной тому стала усталость, ведь он не спал уже двое суток, а последнюю ночь ещё и переживал за девчонку Миллиган. Но возможно, это всё от неуверенности в правильности своего поступка. Да, на рассвете он отправил посыльного в поместье Рейнольдс, с известием, что беглянка найдена. Да, он твердил себе, что это правильно и юная девчонка не должна путешествовать одна. Да, он твердил себе, что таким образом защищает её от ситуаций подобных той, что произошла накануне вечером. И да, возможно в обычной ситуации, так оно было бы действительно лучше. Но…
«Но, чёрт возьми, почему я чувствую себя предателем»?
— Мы непременно, сразу вызовем доктора, — Выйдя на улицу под руку с племянницей, слишком довольная щебетала миссис Кэррингтон.
В платье, пусть и слишком простеньком, но всё же она хоть стала действительно похожа на девчонку. И судя по всему, он немного ошибся, предполагая, сколько ей лет, этак года на три.
— Огромное вам спасибо, — расплылась в улыбке тётка. Почему-то от этого тона и довольной улыбки оной, Ноэль почувствовал себя не только идиотом, но и настоящим злодеем, разрушившим мечты девчонки. «Чёрт, юной леди», исправился он мысленно.
— Надеюсь, вы не будете против если я навещу вас через пару тройку дней? — Он готов был поклясться, что девушка на долю секунды замерла, поднимаясь в карету. А дальше, не выказав ни какого интереса, словно и не знает его вовсе, села на сидение и уставилась в окно напротив.
— Конечно, конечно — Довольная миссис Кэррингтон протянула ему руку. — Мы так вам благодарны.
«Ну, хватит уже благодарности», подумал он, целуя её руку, тем более что каждое сказанное ею слово, вызывало в нём самом, лишь огромное чувство вины.
Карета отъехала, а маркиз продолжал стоять на дороге, глядя ей в след. Затем, засунув руки в карманы брюк, он медленно зашагал в «гостиницу». Необходимо было оплатить по счетам.
Глава 4
— В это действительно сложно поверить, — вздохнув, подытожила Лина. Она сидела на постели, гладя Джоанну по волосам, девушка лежала, а её голова покоилась на коленях служанки.
— Звучит невероятно, — тихонько сказала девушка, — но такое могло произойти именно со мной. — После паузы она спросила, — Скажи Лина, за что судьба меня так не любит?
— Ну, с чего ты взяла, что она тебя не любит? — служанка продолжала гладить Джоанну по волосам. — Я уверена, что она приготовила для тебя, нечто чудесное. Нужно только набраться терпения и немного подождать.
— Иногда, мне так обидно, что я заболела в тот раз, — Лина замерла, понимая к чему именно, ведёт Джоанна. — Если бы я поехала вместе с ними…
— Не говори так, — голос Лины предательски задрожал, а глаза заблестели от подступивших слёз.
Женщина искренне любила девушку и не раз и сама задумывалась, как повезло, что именно в тот момент Джоанна слегла с простудой. Иначе она так же была бы без вести пропавшей. Поэтому, Лина не уставала благодарить Господа, что он уберёг её девочку. Вот только в дальнейшем, это бедное дитя претерпело столько несправедливости и боли, что казалось, уже хватит. Хватит вершить судьбе испытаний и пора бы уже отнестись к ней хоть чуточку благосклонней.
В комнате воцарилась тишина, преданная служанка продолжала с нежностью и любовью матери гладить девушку по волосам, поддерживая и успокаивая.
Сама же Джоанна давно не ждала от судьбы, никаких положительных моментов, она смирилась. Но всё это было до того как, девушка ощутила, хоть и не долгий, но всё же вкус свободы. Джоанна поверила, что она имеет право на счастье, право на мечты…
Никакого доктора Эльза вызывать, конечно, не стала, а вся эта любезность была разыграна исключительно для маркиза Ровендейла. Кстати, Джоанна понятия не имела, что всю ночь у её постели, когда она металась в бреду, был сам маркиз Ровендейл, всячески сражаясь за её жизнь. Да и в сложившейся ситуации, ей было всё равно.
И пусть в первый вечер после возвращения, её жизнь существенно не изменилась, за то на утро оказалось, что она наказана и потеряла право не только выходить из своей комнаты, но и общаться с Линой. Якобы это дурное влияние негодной прислуги, послужило непослушанию девушки. В итоге, испытав слишком недолгую свободу, Джоанна оказалась в заточении своей же комнаты.
Прошло пять долгих дней, девушка понятия не имела, где находится Лина. Либо она не может прийти, либо, и это самое страшное, её больше нет в этом доме. И тётка просто уволила её, как и обещала. Выйти из комнаты Джоанна не могла, так как по-прежнему была заперта. Девчонка, что приносила ей еду, напрочь отказывалась с ней говорить.
Поэтому Джоанна могла лишь ждать, вот только ждать чего?
Она много раз просила служанку принести ей несколько книг, чтобы хоть чем-то себя занять. Но, либо она не передавала её просьбы тётке, либо та решила оставить без внимания просьбу племянницы.
На шестой день её заточения, ближе к обеду, и к огромному удивлению девушки, в дверях появилась сама Эльза.
Джоанна сидела в кресле у окна. Обменявшись немым взглядом, девушка медленно поднялась, а тётка подошла, но не близко. Остановившись примерно посреди комнаты, она одарила Джоанну прищурено-ненавидящим взглядом.
— Явился твой спаситель, — презренно сообщила она. — Он желает видеть тебя.
Джоанна хранила молчание. Видеть его она не хотела, но было огромное желание, хоть ненадолго покинуть стены своей комнаты, пусть даже для этого придётся немного пообщаться с этим ужасным человеком.
— Тебе повезло, у меня ты бы вышла отсюда лишь в день своей свадьбы. — Эльза прошла к шкафу, порылась там немного. — Думаю, это сгодится. — Она швырнула платье на кровать. — Переодевайся, причешись и спускайся вниз. И, помалкивай, — добавила она на выходе. — Помни о Лине.
— Где гарантия, что она ещё здесь? — с таким же призрением спросила Джоанна.
— Моё слово, — словно издеваясь, ответила Эльза.