— Да, и наш дед повел себя очень глупо, слишком поздно понял, что его бьют единым магическим кулаком. Пусть у него сломаны некоторые пальцы, а сжимается он только из страха и жадности, но для нас это оказалось слишком. Юлий Третий подписал кондиции, а потом отрекся от святого престола. После этого моего отца отправили в ссылку в холодную Ибирь. Там он и познакомился с моей мамой.
— Подозреваю, не самой простой мефрау?
— Верно. Ее семья владеет крупнейшими рудниками ибирской провинции. Тоже «простецы», которые ничего не стоят в глазах благородных. Приданого хватило на взятки и снятие с моего отца всех ограничений. Потом он выбил себе место епископа на Вильгельмине. Дальнейшую историю ты знаешь.
— А остальное ваше семейство? Что с ним случилось?
Влад стал с интересом рассматривать морской пейзаж. Потом тихо ответил:
— Старость, непомерные амбиции и яды. Все это сгубило тех, кто остался в святом граде.
— Мне жаль.
— Спасибо. Даже если это просто вежливость, все равно спасибо.
Несколько секунд мы молчали, а потом Владислав спросил:
— А у тебя какая история?
— На самом деле, довольная банальная. Особенно на твоем фоне. Моим первым наставником был Адриан Камет. Генерал, боевой маг, целитель, некромант и прочая, и прочая. Такой чести я удостоился благодаря тете, они… — я замялся, но Влад пришел мне на помощь.
— Старые сердечные друзья. Я понял.
— Да, отличное определение. Ну и еще последние лет семь Адриан пытался играть роль моего опекуна. С переменным успехом. Ну а моя история, фактически продолжение его. Наверное, на этом все.
Владислав поправил очки и нейтральным тоном сказал:
— Скромно. Я-то думал, что ты бастард какого-то старшего рода. Разный цвет глаз, линза, таланты и обучение у Соддерна намекали об этом.
— Гетерохромия. Это заболевание, а не признак сильной крови, — фыркнул я. — У тети такая же ситуация. Благородное крови в нас нет ни капли.
— Хорошо, Маркус, я понял. Ты просто попал в плохую компанию.
— Если бы. Она досталась мне в наследство!
Мы с Владиславом рассмеялись. Правда, не очень весело.
— Кстати, теперь я тебе должен. Если бы не ты, от моего брата мокрого места не осталось.
— Тогда я могу надеяться на поддержку потомственного интригана?
— В любое время. Мне тоже не нравится эта цепочка случайностей. Понимаю, что это скорее нам на руку, но все равно неприятно.
— На руку? — изумился я.
— Я пытаюсь во всем видеть свои плюсы. С моими зрением это просто. И вообще деваться отсюда нам некуда, — сказав это, он жестом указал на окружающие морские просторы. Но, очевидно, речь шла не о корабле. — Отец направил нас сюда заводить связи. Буду этим заниматься. Ситуация располагает.
— То есть внимание тайной службы тебя не смущает?
— Сейчас они представляют интересы аристократии. А мне с ними в любом случае не по пути. Так что сотрудничество с ван Нормайеном укладывается в мои планы.
«Проблемы с головой здесь не только у тебя!» — ехидно заметил Янус.
— А Юлий что по этому поводу думает?
— Его от всего этого тошнит. Отец слишком сильно на него давил, а также бил не по тем точкам. Итог — добился обратного результата. Заговоришь с ним об интригах, и он в лучшем случае не будет пару недель с тобой общаться.
Это многое объясняло.