В дверь постучали, поэтому пришлось подниматься и идти открывать.
— Ваша светлость, — удивился я, — какими судьбами? Проходите.
Каюсь, понравилось мне это русское выражение, вот с тех пор и применяю его частенько.
— Садитесь, — я показал на единственное кресло, а сам сел на кровать. — Вы ведь не просто так пришли.
Я не спрашивал, а констатировал факт, хотя в эмоциональном плане у князя было полное спокойствие. Я бы даже сказал, абсолютное.
— Вы правы, ваше высочество, — ехидно ответил он, и я распознал эмоцию типа: «Раз я у тебя “светлость”, то ты у меня “высочество”». — А если серьезно, то хочу знать, какими ментальными техниками вы владеете? Прошу рассказать обо всех, поскольку это необходимо для послезавтрашнего сражения.
— Оно точно будет через день?
— Да.
Итого, у меня вылетает шесть дней, а скорее всего — неделя. Как же не вовремя все это. Может, рассказать князю? Я его знал плохо, но Мила всецело доверяла ему, поэтому во мне сейчас боролись два чувства: довериться человеку или нет. Автоматически перешел на четвертую ступень гар’са, краем сознания отмечая, насколько легко мне это удалось. Еще немного, и смогу взобраться на вершину пятого ранга. За пару мгновений просчитал несколько десятков вариантов и решил вначале поговорить с ним, а потом на основании новых впечатлений вынести окончательно решение.
— У меня своеобразная техника — ментальное холодное оружие…
И я начал рассказывать ему, но практически сразу князь попросил показать. Показывая, естественно, совсем маленькие «копии оружия» и добавляя на словах, какими они могут быть. Смотрел и слушал он очень внимательно, затем задал вполне ожидаемый вопрос.
— А защитные техники какие? По донесениям графа Головкина, ментальная защита там, на холме, была отличная. Нашел оптимальное сочетание нескольких различных защитных техник?
— Нет, у меня всего одна — ячеистый щит. Сейчас покажу.
Я снова обратил внимание на свою врожденную, но уже перестроенную мной, защиту. Затем копирование и отодвигание щита. Оказывается, защиту маленького размера я создать не могу. Вот сейчас хотел в качестве примера создать где-то квадратный метр, а получилось, что щит перекрыл всю комнату, даже за ее пределы вышел.
И увидел, как удивился маг, а спустя пять секунд он, покачав головой, произнес:
— Да-а-а, талант либо есть, либо его нет.
— Я сделал что-то не так? Ну да, я хотел показать маленькую защиту, а получилась большая. Меня же никто не учил.
В принципе, понятно, что самоделки очень редко бывают лучше того, что создавалось и усовершенствовалось на протяжении многих лет. Но следующая фраза князя меня убила.
— Да как сказать, — он легко усмехнулся, — я, к примеру, вообще подобным образом ничего не сумел бы сделать. Да я вообще не понимаю, как ты это сделал и какую технику применил. Точнее, классифицировать ее не могу. Что ж, я все понял, а ты отдыхай. Хотя нет, надо тебе рассказать о некоторых нюансах.
Говорили мы еще целых два часа, и только после того, как у меня получилось воплотить его замечания в моих техниках, он отправился по своим делам.
— Михаил Илларионович, — я все же решил довериться князю, — мне обязательно необходимо в течение двух недель попасть в Британию.
— А теперь рассказывай все, — он сел обратно.
Я и рассказал ему обо всем. К его чести, слушал он внимательно, даже не перебивал, а уточняющие вопросы начал задавать в самом конце. Затем задумался на целых десять минут.
— Сделаем так, — посмотрел он мне в глаза. — Как ты сам должен понимать, сейчас отпускать тебя нельзя. У нас и так с ментальными магами проблемы, и накануне генерального сражения отпускать такого одаренного, как ты, будет неправильным. Я прикажу подготовить дирижабль, в котором будет несколько комплектов накопителей, и вы на остановках будете просто менять их, а не заряжать. Независимо от результата сражения, ты все равно улетишь.
Подумав несколько мгновений, я понял, что это в самом деле очень хороший выход из положения.
— Согласен.
Мы снова поднялись, но князь не спешил уходить. Затем повернулся и как-то церемонно, что ли, заговорил.
— Принц, я официально обращаюсь к вам от лица Российской империи и прошу снять запрет на распространение заклинания магического вестника. В предстоящем сражении практически мгновенный обмен сообщениями будет иметь огромное значение.
Что верно, то верно — меня и Тир’Эша, которые могут передавать мысли на расстояние, будет катастрофически мало. Тем более что у меня опыта еще как такового нет.
— Как представитель правящего рода я даю согласие.