— Вроде ничего. — Валентин подумал. — Только если еще прибавить так: «Изменникам дела нашего — смерть!»
— Правильно. Три раза смерть!
И они в один голос произнесли: «Смерть! Смерть! Смерть!»
— И знак тайный придумать надо, — сказал Валентин. — Кинжал в сердце.
— Нет, в сердце не надо. А кинжал — хорошо. Даже два кинжала, крест-накрест.
— Атаман больше саблей острой воевал… Две сабли крест-накрест!
— А над ними солнце…
— Половина солнца, которое восходит.
— Точно! И внизу под саблями буквы «А. З.»
— Идет!
— Решено!
И ребята еще раз повторили клятву. Она им определенно нравилась. А если еще говорить глухим голосом, так даже мороз по коже подирает, особенно, когда смерть три раза.
Приятели шагали, не разбирая дороги, захваченные этим разговором, не замечая красоты окружающего леса.
— Валька, — после небольшой паузы проговорил Митя, — а может, та гора и пещера где здесь!
— Федосеич сказывал, Золотой на Каме да на Чусовой был.
— А может, сюда на покой-то ушел, про то никому не известно. Поищем?
— Айда! — согласился Валя.
Они шли сейчас мимо старых каменоломен. Место было глухое, в стороне от дорог и тропинок. Скалы изрыты небольшими пещерами. Ребята заглянули в некоторые из них, но ничего интересного не нашли.
— Постой, — сказал Валя, — я вот заберусь повыше, не увижу ли чего.
И он вскарабкался на большой камень, обломок скалы, вокруг которого густо рос шиповник и молодой сосняк.
— Красиво как! Видать отсюда дале… — голос мальчика неожиданно оборвался.
Митя глянул наверх и опешил: приятеля на скале не было.
— Митька! — вдруг раздался откуда-то глухой голос. — Механик, выручай!
Митя в три прыжка очутился на камне, где только что стоял неожиданно исчезнувший Валька. У самого края он увидел следы оползня — часть почвы, покрывавшей камень, обвалилась.
— Валька, где ты? — крикнул что есть силы Механик.
— Тут темно, — раздалось из густых зарослей шиповника. Только сейчас Митя заметил, что среди зарослей, казавшихся непроходимыми, вилась узенькая неторная тропка.
— Сейчас! — крикнул он и бросился вниз в заросли. Шиповник больно оцарапал босые ноги, голые по локоть руки, лицо. Внизу, под нависшим камнем, зияло отверстие небольшой пещеры. Из нее-то и слышался Валин голос. Митя, недолго думая, юркнул туда же. Он чиркнул спичкой. Слабый огонек осветил низкие своды, но даже при свете спички было видно, что пещера значительно глубже тех, в которых побывали ребята.
Спичка, догорев, обожгла пальцы.
— Айда, вылазь! — сказал Механик приятелю.
— Погоди, — возразил тот. — Осмотреть надо. Пригодится, собираться с ватажкой будем.