Когда мне хочется плакать, я смотрю на огненного рыцаря. За это время мы научились разговаривать друг с другом без слов. Кот, выбравшись из-под кровати, запрыгивает на колени и трется о щеку. Утешает.
Надо бы Майло предупредить, чтобы посадил Лорда Мыш в кувшин с плотной крышкой, а то не доживет он до свадьбы.
Трактир «Три монеты» пользовался устойчивой репутацией заведения веселого, но в то же время солидного. Здесь не водились карманники, да и шлюхи отличались относительной порядочностью. Повариха была хорошей, прислуга – вежливой, и лишь рваные ноздри да клеймо на лбу вышибалы несколько нарушали общую благостность обстановки. И взгляд раннего посетителя, скользивший по скромному убранству зала, то и дело останавливался на лице.
– Не следует столь откровенно разглядывать его, мой лорд, – мягко посоветовал спутник. В отличие от товарища, чье происхождение выдавали не столько одежда, сколько осанка и пренебрежительный взгляд, второго человека отличала некая особая невзрачность. – Клейменых легко спровоцировать.
– Я сильнее этого отродья, – заметил лорд, все же отворачиваясь. И руку на меч положил. Впрочем, в таверне давно привыкли к прихотям гостей.
– Конечно, сильнее.
– Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь.
– Простите, мой лорд.
Кивок, дающий понять, что прощение получено. Спутнику его оно было не нужно, как не нужен был сам этот разряженный и бесполезный человечишко, мнивший себя центром мира, но на самом деле не стоивший и медяка.
Все они только горазды орать о праве.
А люди равными рождаются, как пишут на тех желтых листочках. Впрочем, человек был слишком умен, чтобы связываться с опасными бумажками. О правах пусть высокородные думают, у него же своя работенка имеется.
– То есть вы согласны?
– Да.
Человек давно собирался сменить место жительства, иначе в жизни не согласился бы на подобную работу. Но к тому времени, как тело обнаружат, он будет далеко. А что станется с этим лордиком, уверенным в собственном уме и непогрешимости, его не интересовало.
Старый лэрд слыл большим затейником.
– Задаток.
Кто же бросает кошелек так открыто? Еще бы содержимое вывалил. Но нет, на это ума хватило.
– Там вдвое больше оговоренного…
Хорошо. Деньги в путешествии пригодятся.
– …но вы поставите клеймо. Раб должен умереть рабом.
Все ж таки дурость людская неискоренима. И человек, взвесив полученный задаток – а сумму он назвал достойную заказа, – подумал, что убраться следует не только из города, но из протектората тоже.
К тому времени, как лордик окажется в пыточной, человек обретет новое лицо, имя и дом.
Глава 2
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
едьмой день кряду дождь. Мелкий, холодный, порой перемежающийся со снежной крупой. Воздух пропитался сыростью, и костры гасли даже под навесами. Еда остывала моментально.
Кайя уже и не помнил, когда в последний раз ел что-то по-настоящему горячее.
Дома.
Странно, но прежде он не воспринимал замок домом. Скорее уж местом, в котором он проводил некоторую часть времени. Иногда с удовольствием, чаще всего – без, но тем не менее особой привязанности к нему Кайя не испытывал.
Все изменилось.
К лучшему ли? Легче ведь было без этой обессиливающей тоски. Она то отпускала, отползая за край сознания, и тогда Кайя мог заниматься делами, то вдруг накатывала. И те же дела, на которых приходилось сосредотачиваться, становились спасением.
Берег размыло, и пехота Мюррея увязла в грязи.