Госпиталь брошенных детей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все удивленно повернулись к девочке. Мы забыли о ее присутствии, пока она цеплялась за юбки Элизы. Выражение ее лица было решительным.

– Определенно нет, – машинально ответила я.

Шарлотта пригвоздила меня к месту пугающим взглядом. В нем была жгучая ненависть, но также страх и смирение перед судьбой, и это заставило меня дрогнуть.

– Она ходит только в церковь, – сказала я. – Она никогда не была на Дрейк-стрит, уж не говоря о Челси.

Я представила свой атлас, лежавший на полке в кабинете. Я смутно понимала, где находится Челси, – где-то к западу от города, примерно полчаса езды в экипаже. Это было немыслимо.

– Слишком далеко, – объявила я.

– Пожалуйста, мама, разреши мне ехать с ними!

– Нет, и я больше не хочу слышать об этом.

Она разразилась такими бурными рыданиями, что мы могли лишь в ужасе смотреть на нее. Элиза проворно опустилась на колени, чтобы успокоить девочку, и вытерла слезы с ее лица.

– Я не хочу навсегда оставаться здесь взаперти! – рыдала она, делая судорожные вдохи. – Я хочу на улицу!

Я утратила дар речи. Наверное, мне следовало подойти к ней и утешить ее, но я лишь стояла с приоткрытым ртом, пока Элиза приговаривала что-то ласковое, утирая ее щеки носовым платком.

– Пожалуйста! – воскликнула Шарлотта. – Я хочу поехать с тобой!

Я никогда не спрашивала ее, хочется ли ей выйти из дома. Сейчас ей было шесть лет; еще через шесть лет она начнет превращаться в юную женщину. Я готовила ее к своей жизни, где с ней не могло случиться ничего плохого. Тем не менее она играла во дворе, выглядывала из-за занавески в карете и постоянно сидела у окна, глядя на улицу. Было ли правильно держать ее как певчую птичку, которая поет только для меня?

– Пожалуйста, мама. – Ее рыдания сменились всхлипами и шмыганьем, когда она уткнулась в колени Элизы.

Все смотрели на меня, и после долгой паузы я кивнула. Мой кивок был почти незаметным, но они видели его, и атмосфера моментально изменилась. Шарлотта подбежала ко мне и обняла мои юбки; в ответ я легонько потрепала ее по голове.

– Вы должны как следует заботиться о ней, – сказала я. – Она всегда должна оставаться на виду, а еще лучше вести ее за руку. Вы вернетесь домой к четырем часам. Все ясно?

Они кивнули и обменялись торжествующими взглядами.

– Она всегда должна находиться между вами и не разговаривать ни с кем, кроме вас. Дорога в Челси… она безопасна?

– Совершенно безопасна, – заверил доктор Мид. – Мой экипаж будет дожидаться у ворот и заберет нас в три часа.

Мне трудно было выдержать его ласковый взгляд, подтверждавший то, о чем я уже давно догадывалась: он считал, что я жестоко поступаю с Шарлоттой, не выпуская ее из дома и что на этот раз мое решение было правильным.

Он подошел ко мне и взял меня за руку; его рука была теплой и сильной.

– С ней все будет в порядке. Даю вам слово в мраморе.

Сначала я не поняла, что он имел в виду, но потом вспомнила надпись на траурной броши: Дружба в мраморе, обиды в пыли.

Как только я повернула ключ в замке после их ухода, мой живот превратился в клубок извивающихся змей. Я вышла из темного коридора к окну столовой как раз в тот момент, когда экипаж доктора Мида отъезжал от дома. Лошади лоснились, колеса начали вращаться, и за считаные секунды они скрылись из виду. Я еще долго стояла у окна и старалась успокоить дыхание. Был идеальный мартовский день – яркий и голубой, с легким ветерком, трепавшим подолы юбок и ленты на шляпках. Я почти ощущала его свежесть, чувствовала прикосновение солнечных лучей к моему лицу. Я приоткрыла окно, и все вдруг стало ближе и громче. Девоншир-стрит не была оживленной улицей, но шум жизни внизу ошеломил меня.

Внизу проходила торговка клубникой; она остановилась перед домом и весело крикнула, приподняв свою корзинку:

– Не желаете ли купить дюжину ягод, миледи?

Я чуть не умерла от страха и резко опустила оконную створку. Мне пришло в голову, что я совершила ужасную ошибку.

Я позвала Агнес и услышала ее шаги на лестнице; потом ее круглое лицо появилось в дверном проеме. У меня перехватило дыхание, что-то болезненно сжалось в груди, и служанка помогла мне сесть.

– Нужно ли послать за ними? – спросила я. – Наверное, еще не слишком поздно.