– Ты боишься за себя?
– Я не героиня. Если ты об этом. Обычная слабая женщина. И еще одна, совсем. Если бы не ты…
– Да ладно.
– Нет, не отрицай. Спасибо тебе. Остальные только знакомые. Если честно, уверена, девчонки с работы даже позлорадствовали. Разбилась сказка о Золушке, которой попался прекрасный принц.
Алена горько усмехнулась краешком рта. Взгляд был отсутствующий, словно она витала где-то далеко, в своих воспоминаниях, где все было хорошо.
– Когда Вадим стал за мной ухаживать, многие красавицы города были недовольны. Молодой и богатый вдовец, в общем, сама понимаешь. До встречи с Вадимом я была бедной как церковная мышь. Зато свободной. Иметь много денег – это круто, но… многие хотят их у тебя отнять. Как и свободу. А теперь у меня есть деньги, есть свобода, но нет Вадима.
При этих словах ее лицо окаменело, рот скривился, и она быстро стиснула его ладонью, чтобы не зареветь в голос. Хорошо, что вернулся Славик со стопкой журналов и конфетами. Мы выпили чая, а через двадцать минут Алене пришли ставить капельницу.
На обратной дороге Славик выглядел чрезвычайно деятельным. Вообще, с момента, когда он получил хорошее наследство от умершего в Сочи деда, жизнь его забила фонтаном. Он будто бы ощутил всю остроту рогов и козлиное вдохновение, как в той песне Высоцкого, и рвался сунуть свой козлиный нос везде и всюду.
– Так, Алену навестили, надо успеть заскочить на стройку. Вдруг какие-то новости по нашей пропаже? Я же не дурак – местным работягам объяснил, чтобы в случае странных находок все складывали в мешок и сигнализировали. Мол, территория историческая, много там кого за века полегло.
– Смотри, еще раскопают скелеты со времен Наполеона.
– Найдем и им последнее пристанище. Мы потомки победителей. И наш народ помнит свою историю, – с пафосом выдал Славик. – А еще у меня в девять вечера занятие по пикапу. Гуру перезвонил, велел подъехать на консультацию. Он ко мне благоволит.
– С чего бы?
– Я рассказал ему, как лихо расследую преступления. И он тоже заявил, что я зарываю свой талант. И что мне надо прекратить слушать женщин, а проявить свое мужское волевое решение.
– Ага, открой агентство добрых услуг: найду говорушки, накормлю кота, потеряю скелет. Кажется, ваш гуру тоже немного того? Хотелось бы взглянуть на него хоть одним глазком. Наверняка неуверенный в себе коротышка с непомерным эго и лысеющей макушкой.
– Нет, он больше похож на мексиканского мачо.
– Носит сомбреро?
– Нет, темные очки, усы и бородку.
– А как называется ваше тайное общество?
– Очень креативно. «Без баб», – хрюкнул Славик.
– Для пикаперов, которые мечтают о бабах, – самое оно. Сдается мне, ваш гуру просто троллит вас. Сколько ты ему платишь?
– Мы экспериментальная группа. Все бесплатно. А знаешь, какое прекрасное название придумал для нашего бутик-отеля папа № 3? – сразу перевел тему приятель, который почему-то последнее время добавлял к упоминанию папиного отеля приставку «наш». Не иначе, папа № 2 подбил его вложить остаток наследства в проект. Хотя связываться со Славиком…
– Ну, и какое? – вяло поинтересовалась я, хотя мыслями уже витала далеко. Где-то между ромашками и зловещим домом в лесу, где сгорел Вадим.
– А такое – «Развитие себя»! Круто же звучит, да? Сразу ассоциации с чем-то современным, осознанным, экологичным…
– По-моему, тоже бред полный, – прыснула я и пробасила: – Да, дорогая, я остановился в «Развитии себя». Согласись, звучит так себе? Прямо вижу отзывы: «Мы уже три раза останавливались в «Развитии себя» и не пожалели!
Славик вытаращил глаза, почесал нос и тут же схватился за телефон. Оставив его выяснять с подельниками тонкости нейминга, я высадила этого дельца возле дома и отправилась к себе.
Глава 8
Мамуля, оказывается, была на каком-то кулинарном мастер-классе. И теперь приготовила очередной кулинарный шедевр, нашпиговав курицу маршмеллоу, о чем и сообщила мне прямо с порога. Курица, конечно же, пригорела, и мамуля громко жаловалась на противень.
– Уже час пытаюсь отмыть эту гадость. Не зря противень так ужасно назвали.
Быстро сориентировавшись, я сделала вид, что уже поужинала в ресторане. Про цветы мамуля почему-то не спросила. Наверное, решила, что раз уж теперь у меня поклонников хоть отбавляй – вопросы излишни. А я и порадовалась.
Проскользнула в ванную, оперативно приняла душ, после чего так же шустро улеглась в свою кроватку. Постельное хрустело, от подушки пахло лавандовым маслом, но сон не шел. Я достала из стеллажа свою любимую книгу – «Дни поздней осени», которую всегда перечитывала именно в эту пору года. Было в ней что-то щемяще-настоящее, про любовь и тоску.