Анатомия убийства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Самсон Гриффит: «Вы собираетесь уступить Мейсону в своем вступительном слове?»

Алана Белкнап, адвокат защиты: Я никогда ни в чем не уступаю. На самом деле, нам нужно просто сказать правду и позиционировать Клео как человека, который сам готов поведать обо всем, откровенно, от всего сердца.

Самсон прищурился и побледнел еще больше. «В каком смысле?»

Пришло время поговорить.

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Мы с Аланой обсуждали это наедине. Есть ли риск? Да. Но еще более рискованным было бы построить наше вступление на предпосылке, которая, как известно, оказалась ложной.

Алана Белкнап, адвокат защиты: Защищаться с помощью правды – вот наша новая идея. Да, Клео отвезла Бек в горы и нашла отдаленное озеро, чтобы покататься на лодке. Не для того, чтобы сделать предложение и обручиться. Не для того, чтобы мягко подвести ее к разговору, что она хочет двигаться дальше без нее. Бек угрожала причинить Клео реальный вред. Это называется эмоциональным шантажом. Обвинение нарисовало Бек скромной, милой и застенчивой девушкой – так называемый «поздний цветок», спасающий котят. Но правда в том, что в какой-то момент она стала жестокой. Она угрожала Клео. «Оставайся со мной – или я причиню тебе боль». Это откровенный шантаж.

Самсон Гриффит: Я удивленно посмотрел на Алану. «Вы собираетесь сказать, что Бек получила по заслугам?»

Алана Белкнап, адвокат защиты: Послушайте, в этом деле две жертвы. Две молодые женщины, мучимые умирающей любовью, и одна из них отказывается отпускать. Бек угрожала уничтожить все, ради чего Клео так усердно работала, разрушить новые отношения Клео. И та справедливо боялась Бек. В отчаянии она сделала тот выбор, который сделала, чтобы сохранить свою репутацию и свою новую любовь.

Самсон Гриффит: «Я правильно понял, что вы хотите, чтобы Клео дала показания?» – спросил я, чувствуя, как мои брови ползут вверх.

Алана Белкнап, адвокат защиты: Кто лучше Клео расскажет ее историю? Безусловно, существует «Пятая поправка», право не свидетельствовать против себя. И у меня были случаи, когда я ни при каких обстоятельствах не вызвала бы своего клиента в суд. Но в этом случае Клео была единственным свидетелем всех эмоциональных нюансов, серых зон любви, страсти и близости – и только она может достоверно передать свои переживания в тот момент.

Джиллиан Гриффит: Мой отец не проникся. Он считал, что менять стратегию в последнюю минуту слишком рискованно. Он хотел, чтобы Алана передумала.

Самсон Гриффит: До вступительного заявления защиты оставалось примерно двенадцать часов, а она собиралась перейти к совершенно новой стратегии. Мои активы, репутация моей семьи, будущее моей двадцатипятилетней племянницы – все это поставлено на карту.

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Они обсуждали это снова и снова, ситуация накалялась. Наконец Алана сказала: «Либо вы позволите мне сделать мою работу и самой решить, как лучше всего добиться оправдательного приговора, либо я ухожу».

Глаза Самсона полезли из орбит: «Вы не можете сейчас уйти, уже слишком поздно, это было бы юридической халатностью».

Алана молча подняла трубку и начала заказывать билет на следующий рейс из аэропорта Маммота.

Самсон Гриффит: То редкое и неприятное чувство, когда меня хватают за яйца. Я сказал Алане: «В присутствии двух свидетелей говорю вам, что это чревато риском. Но поскольку я не могу допустить, чтобы наш ведущий адвокат уволился за ночь до того, как мы предстанем перед присяжными, я соглашусь и позволю вам сделать по-вашему, несмотря на то, что я против вашей новой стратегии».

Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Я не был глух к аргументам Самсона. Но, достаточно узнав Клео, я поверил, что она сумеет выдвинуть самые веские аргументы в свое оправдание. И, кстати, это не то, о чем вы объявляете заранее. Вы предпочитаете вывести обвинение из равновесия и не афишируете свои будущие действия, особенно такого уровня. Кроме того, это позволило бы изменить стратегию в последний миг.

Поэтому мы поклялись, что весь разговор останется между нами четырьмя.

Алана Белкнап, адвокат защиты: Я попросила их извинить меня, потому что хотела хорошенько отдохнуть перед завтрашним днем.

Самсон удивленно спросил: «Вы не собираетесь отрепетировать свою речь?»

На этот вопрос я всегда отвечаю клиентам так: «Я репетировала всю свою жизнь».

Клео Рэй: Тем утром Алана и Рубен прибыли в тюрьму, чтобы встретиться со мной до начала суда. Они сообщили, что хотят изменить нашу стратегию.

Судебный пристав: Всем встать. Заседает Верховный суд округа Инио, штат Калифорния, председательствует достопочтенный судья Рой Обервальцер. Пожалуйста, садитесь.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Алана Белкнап – жительница большого города, всемирно известная поборница прав женщин и подсудимых, оказалась на арене, отличной от тех, к которым она привыкла.

Мисс БЕЛКНАП: Уважаемый суд! Дамы и господа присяжные, доброе утро! Я собираюсь сделать прогноз. Выслушав всех свидетелей, просмотрев все улики и получив четкие инструкции о том, как применять закон, я предсказываю, что главный вопрос, к которому вы станете постоянно возвращаться в своих размышлениях, – было ли это убийство первой степени? Убийство первой степени определяется как умышленное, обдуманное и преднамеренное лишение человека жизни. Убийство первой степени требует, чтобы человек предпринял прямые – то есть умышленные – действия против другого человека. Это может быть результатом только сознательной причинно-следственной последовательности. Если я нажимаю на курок, вы застрелены. Если я вонзаю нож, вы ранены. Если я сталкиваю вас со скалы, вы падаете. Но если я намереваюсь убить вас, однако при этом не нажимаю на курок, не вонзаю нож и не толкаю вас, только вы все равно умираете, потому что пистолет случайно выстрелил, или вы случайно наткнулись на лезвие ножа, или случайно упали со скалы, совершила ли я умышленное действие, которое привело к вашей гибели? Намерение, которое не приводит к умышленному действию, не может приравниваться к убийству первой степени.

Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Я слышу эти слова «намеревалась» и «намерение» и думаю: подождите минутку, ответчица же утверждает, что она не намеревалась убивать Ребекку! Она же отвезла ее на озеро, просто чтобы порвать с ней, верно? Я обменялся взглядом с Оуэном и увидел тот же вопрос в его глазах.

Мисс БЕЛКНАП: Обвинение было право в одном: это будет в основном история двух девушек и самых интимных подробностей их отношений. С самого начала, по причинам, которые станут очевидными, обе они согласились, что их отношения будут тайными. Короткое примечание. Защита будет называть обвиняемую, известную в протоколе как Мэри Клэр Гриффит, Клео Рэй – то есть именем, которое она взяла семь лет назад и под которым она известна семье, друзьям и общественности. Мы также будем называть Ребекку Олден – Бек, именем, под которым ее знают семья, друзья и участники данного процесса.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Это был процесс по делу об убийстве с участием двух обвиняемых: Мэри Клэр Гриффит и Клео Рэй.

Мисс БЕЛКНАП: Эта секретность привела к тому, что Клео и Бек продолжали свои отношения с сознательной осмотрительностью, за закрытыми дверями. У них не было обычной возможности поделиться с друзьями, что вызывало нарастающее давление изнутри. Это также означает, что у нас почти нет прямой информации о том, как они взаимодействовали в паре. У нас есть электронные письма, текстовые и телефонные сообщения и открытки, которыми они обменивались. Однако совсем немного, если вообще есть, внешних наблюдений за тем, как они вели себя вместе. Что говорили, как относились друг к другу, как смеялись и плакали, как ругались, как любили друг друга – все это переживали исключительно два вовлеченных человека. Одного не стало. Другой сидит за столом защиты.

Клео Рэй: Алана и Рубен хотели защищаться с помощью правды. Сказали, что дядя Самсон сомневался, но смирился.