За деревней тянулись длинные обшарпанные сараи с маленькими окошечками. Со стороны сараев бежал человек и махал шапкой.
— Сельсовет здешний, Ванецян, — объяснил дядя Амо.
Председатель сельсовета, запыхавшись, подошел к машине. Георгий открыл дверцу. Ванецян оглядел всех поочередно. Начальства выше Георгия в машине не было.
— Товарищ инженер, плохо дело. Не переселяют нас.
— За это я не беспокоюсь, — сказал Георгий, — это дело горсовета. А вот не вижу, чтоб вы сами готовились.
— Сами мы что можем сделать…
— Кладбище хотя бы перенести. Могилы водой заливать не будем. Мне это не нужно, чтоб караван гробов по воде поплыл.
— О, трудный вопрос, — покрутил головой Ванецян.
— А я не говорю, что легкий.
— Неужели могилы размоет? — заинтересовался Оник.
— Обязательно. Грунт ведь потревоженный. Все придется перенести.
— Тяжелый вопрос, — еще раз повторил председатель.
— Что оно, такое большое, ваше кладбище?
— Оно не большое. Оно старое.
Кладбище стояло на пригорке, в тесном соседстве с деревней. Почерневшие от времени кресты, старинные каменные надгробья, едва заметные холмики — все незыблемое, древнее и тихое.
— Может, камнями завалить, товарищ инженер? — спросил Ванецян. — Нельзя?
Он прошел на край кладбища, к большим серым плитам, на торец вставленным в землю. Выбитые на камне готические армянские буквы поросли темным лишайником.
— Весь мой род тут. Мать. Сын старший тут. — Он коротко махнул рукой. — Как я буду их копать?
— Мы дальше не поедем? — спросила Эвника.
И Георгий вдруг понял, что их первое путешествие ей не совсем по душе.
Ванецян проводил их до машины, поглядывая на мастера Амо.
— А что мы еще должны сделать, товарищ инженер?
— Не знаю, — пожал плечами Георгий, — вообще исполком горсовета вами занимается.
Амо деликатно тронул Георгия за рукав:
— Насчет деревьев как будет?
Он протянул руку, отмечая указательным пальцем зеленые курчавые островки, раскинутые по всей долине.
Это тоже был нелегкий вопрос. На дне будущего моря росло около двухсот стволов. Заливать их водой ни в коем случае нельзя. Умирающие без доступа воздуха деревья начнут гнить. Они отравят воду. В таком водоеме никогда уже не заведется рыба. Да и людям отравленная вода не сулила ничего хорошего.
Не так уж трудно было бы спилить деревья. Но вот корневища — с ними было посложнее, их все до одного полагалось выкорчевать. А это уж совсем чертова работа…
Вопрос этот не раз уже рассматривался в организациях, имеющих отношение к созданию будущего моря. Гидрострой не хотел взваливать на себя это хлопотливое дело. Пусть им займутся городские организации — хозяева будущего моря! В конце концов приняли решение: деревья должен срубить и выкорчевать сельсовет, на территории которого они находятся. Было предложено вывесить в деревне объявление, что каждый желающий может бесплатно получить деревья на строительство или в качестве топлива при условии, что сам спилит их, сколько ему нужно, и выкорчует пни. Но вот время шло, а еще ничего, оказывается, не было сделано.
— Выкорчевать все до одного, — решительно сказал Георгий. — И как можно быстрее!