Буфетчица обернулась к ней:
— У меня в прошлом месяце шести ложек не хватило. И все из моего кармана. А защитники находятся. Я вам ложки не дам, как хотите, — сказала она Зое. И ушла, придерживая поднос на уровне головы.
И вот такая ерунда могла расстроить Зою почти до слез.
— Ничего, сказала Галина, — я вам свою дам. У меня есть запасная. А вы не реагируйте. Они все здесь такие грубые. Понять можно — надоели мы им до смерти.
Два раза прибегала сестра, кричала в дверь:
— Батюкова, на гипс!
— Нет Батюковой, в садике гуляет, — отвечала Анна Николаевна.
В третий раз заглянула Софья Михайловна.
— Ну где же Варвара? Вот какой человек! Всех задерживает, — пожаловалась она.
Пока Софья Михайловна стояла в дверях, все молчали.
— Она с собой огурчиков взяла, сала и хлебушка черного, — сообщила шепотом Наташа.
— Выпивает. К обеду-то придет.
— А выписываться не хочет, — сказала Галя.
— Ой, а я как хочу выписаться, — завизжала Наташа, — просто не дождусь завтрашнего дня! Сперва по телефону всех подружек обзвоню, а вечером гости придут. Я так по дому соскучилась!
— А по школе?
— Ну и по школе, само собой. У меня еще освобождение на неделю будет. А уроки мне и сюда приносили.
— Наташа, ты не забудь. Мама само собой, а ты позвони, скажи ему негромко.
— Ой, что вы, Анна Николаевна! Я сейчас же позвоню. У меня телефон в книжечке записан!
— С ней-то ничего не говори, а ему скажи: мама, мол, тебя одного просит прийти. Одного.
— Я так скажу: непременно, непременно идите к маме в больницу. Сегодня же идите — так я скажу.
— Ну, хоть когда сможет. Очень-то не напирай.
Опять открылась дверь. На пороге появилась девушка, похожая на одуванчик, — пушистая желтая головка и зеленое мини-платьице. В руках у девушки были две роскошные розы на очень длинных стеблях.
— Кто здесь будет Анна Николаевна Сахарова?
Анна Николаевна приподнялась на кровати.
— Вот это вам в знак внимания, — сказала девушка, протягивая ей розы. — Как вы себя чувствуете?
— Ничего, спасибо, — едва промолвила Анна Николаевна.
Она понимала, что ей надо улыбнуться, но другие чувства — удивление, любопытство, волнение — были так сильны, что улыбка то и дело соскальзывала у нее с лица.
— Я вас проведать пришла, — сообщила девушка. — Значит, сейчас здоровье у вас хорошее?
— Какое там здоровье…
Девушке предложили стул, и она присела на краешек, не зная, о чем говорить и не слишком тревожась наступившим молчанием. Отсидев несколько минут, она, видимо, решила, что программа выполнена.