Цепи для волка. : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот какого черта и ты туда же?! — взорвался Дрейк и пнул камень, попавшийся на дороге. — Какого долбаного черта вы с Аминой думаете, что я ее не люблю?! Это невозможно объяснить, эту одержимость, это безумие, полную потерю контроля. Будто ты уже не ты, а какой-то сосуд, вмещающий в себя только чувства и желания, направленные на нее, на одну единственную женщину. И только она имеет для тебя значение, она для тебя — все, и ты хочешь от нее детей. Тебе ли не знать, как любовь к истинной паре связывает по рукам и ногам?

— Знаю, брат, знаю, — мечтательно вздохнул Картер. — Хочешь правду? Я всегда с тобой честен. Вспоминая наше знакомство с Эмилией, я так хочу вернуть все назад, пережить все заново. Моменты с ней — лучшие моменты моей жизни. Я хочу снова услышать ее отказ заняться со мной сексом, увидеть, как она таращится на меня в окно, а потом убегает, лишь бы я не заметил ее плотоядного взгляда. Да даже те пули в живот и плечо я хочу получить заново, чтобы вновь испытать ту эйфорию, тот кайф от осознания, что эта малышка все-таки и есть моя истинная пара. Так что, да, я в курсе, как любовь меняет твою личность.

— История нашего знакомства с Аминой выходит за границы добра и зла, я понимаю. Как и понимаю то, что она боится довериться мне полностью и взять на себя ответственность материнства, но как я могу доказать ей, что действительно люблю ее и готов ради нее и малыша на многое? Только своими поступками, поэтому я и прошу ее оставить ребенка, дать мне шанс воспитать его в любви и полноценной семье. Но, похоже, прийти с ней к согласию будет сложно, — печально сказал Дрейк.

— Она хочет сделать аборт? Не дай Бог, мне такое услышать от Эмилии. Лучше ей даже никогда не думать своей красивой головкой об убийстве моего ребенка, — ощетинился друг, живо представляя картину маслом в сознании. — Где Амина сейчас находится?

— Дома. Я чувствую, как ее кровь наполняется пузырьками радости, — рассмеялся мужчина. — Она ест шоколадные конфеты, целую миску которых я ей оставил, могу поспорить. Я ощущаю в ее душе небольшие очаги сомнений, которые вспыхивают и быстро гаснут, она борется с ними. Я очень боюсь, Картер, что однажды приду домой, а ее не будет. Вдруг Амина сорвется и тайно от меня сделает аборт? Мой волк этого не переживет.

— Не волнуйся. Когда вернемся, я отдам приказ о том, что Амину одну запрещено выпускать из стаи. И не надо так на меня смотреть, — воскликнул Картер, заметив все понимающий взгляд Дрейка, — я не тиран и не деспот. Как бы сказала Эми, я ее волчонок, безобидный и очень хороший. Но я отлично понимаю, что женщина, желающая сделать аборт, не остановится ни перед чем. С Эмилией я бы так и поступил. Запер бы в доме на сто замков и наставил охраны, чтобы даже мысль об аборте боялась проскочить в ее голове.

— Но ведь это ее выбор, Картер, выбор женщины и матери. Ей носить ребенка под сердцем, ей рожать и воспитывать его всю жизнь. Может, я не имею права заставлять Амину рожать?

— Дружище, выключи в своей голове моралиста и включи мужика, — эмоционально жестикулируя, ответил друг. — Амина запуталась, ей тяжело, на нее давят тысячи вещей одновременно, от прошлого до будущего. Она слабая женщина, какую бы трёпку она тебе не задавала в Лунных Землях, и порой решение должен принять мужчина. Иначе на какой черт ты ей сдался? Сам говорил, что доказывать свои чувства нужно не словами, а поступками. Считай, что это твой первый поступок — не дать ей убить вашего ребенка.

— Легко тебе говорить, Картер. Эмилия сама хотела родить тебе детей, она их любит. А я видел слезы Амины, чувствовал ее панику и ненависть к ребенку. Ее боль стала моей болью. И это чертовски сложно — ощущать в себе ее боль от мыслей о том, что она станет матерью. Словно я приговорил ее к смерти, отобрал рай, и вместо него остался только ад. Но ведь это всего лишь ребенок, я не понимаю такую реакцию с ее стороны.

— Чувак, согласись, что ваши отношения пока не попадают под стандартные. То вы друг друга в ошейники и наручники заковываете, издеваетесь друг над другом, то по щелчку пальцев у вас любовь до гроба. И не надо меня сейчас перебивать, — сказал Картер, видя, как Дрейк начал открывать рот. — Так же, как не надо мне рассказывать о том, что такое любовь. Это чертова воронка, черная дыра, абсолютное состояние счастья, когда неважно, в кого ты влюблен, и как это все на твою голову свалилось. Я знаю, что такое истинная пара волка. Это женщина, которая становится твоим Солнцем, и ты вращаешься вокруг нее, готовый стать ее собачкой на поводке. И самое прикольное состоит в том, что тебе нравится быть ее собачкой, исполнять все ее желания, видеть на ее лице улыбку и радость. Это то, ради чего ты живешь.

— Сейчас она, похоже, спит. Я чувствую только спокойствие и умиротворение, исходящие от Амины. Но что будет, когда она проснется? Вдруг во время сна что-то в ее мыслях изменится, и я не успею оказаться дома в нужный момент?

— Брат, прости, но я никак не могу тебя сегодня отпустить с тренировки. Сняты с занятий три школы, будет сам директор полиции, — самодовольно улыбнулся Картер, — еще там всякие директора, учителя и так далее. Но я могу дать тебе один совет.

— Я весь внимание, мастер, — пошутил Дрейк, но приготовился слушать. Картер частенько давал хорошие советы, как ни странно.

— Борись за свое счастье, как бы банально это ни звучало. Ты знаешь, что такое борьба. Мы с тобой с детства боремся за право жить, но это нечто другое. Борись с демонами, засевшими в голове твоей женщины, не дай им одержать победу и забрать у тебя все. Борись за своего ребенка, научи Амину любить. Ты ее волк, ее все, опора и защита. Она и не должна радоваться этому ребенку, нигде не сказано, что так должно быть. Она не обязана любить тебя, вообще ничего никому не должна. Однако же ты заставил ее сердце ожить и полюбить, так? Заслуга судьбы здесь тоже есть, но твоей заслуги — больше. Никакие предначертания свыше не могут подчинить себе волю человека. Был бы ты говнюком, даже предписанным ей самими небесами, черта с два она бы на тебя посмотрела. Значит, собери свои сопли, прекрати ныть и действуй. Ребенок уже в ней, сделай так, чтобы она его полюбила!

— Откуда в тебе столько мудрости? — удивился Дрейк. — На первый взгляд никогда бы не сказал, что ты можешь выдать такую речь.

— Это не я, — отмахнулся Картер, — это все Эми. До встречи с ней я был самым настоящим черствым, засохшим и даже заплесневевшим сухарем. Но эта потрясающая девушка позволила мне родиться заново и понять многие вещи, которые не доступны человеку, пока он не полюбит. Поэтому переставай округлять глаза, как идиот, и борись за свою семью, или снова останешься один и никому не нужный. Кроме меня, конечно.

Мужчины рассмеялись и двинулись к нужной поляне в лесу. Дрейк только и делал, что прокручивал слова друга в голове и прислушивался к ощущениям Амины. Его самые любимые создания на этом свете спали. Амина и его сын или дочь. Мужчину тянуло к родному дому. Уйти с этой долбаной поляны и быть рядом с ней, с матерью его ребенка! Он готов был на все ради них, стоять на коленях и целовать ее животик, в котором зарождалась новая, пока еще крохотная жизнь. Только бы она поверила ему, доверила свое сердце без остатка.

Через какое-то время, когда все собрались, началась тренировка. Это были больше показательные соревнования, хотя Дрейк воспринимал эту беготню, как тренировку, и не иначе. Он бегал с волчатами по лесу, следя за тем, как они выполняют упражнения, и не жульничают ли. Перед его глазами проносились совсем другие картины: он и его сын, а потом еще один малыш, и даже третьего можно, бегают по лесу, а мама Амина ждет их дома с тонной мяса. Или еще лучший вариант: мама Амина сидит на любимом ею пне и ждет их, а потом он довозит ее до дома на своей спине, как обожал делать всегда, когда они гуляли по лесу. Но был и третий вариант, идеальный: мама Амина стала рыжей волчицей и бегает по лесу вместе с ними, как одна семья.

Черно-серый волк издал протяжный вой, наполненный мечтательной эйфорией. Все обязательно будет так, как он мечтает. Он не позволит своей только-только появившейся семье разрушиться. Внезапно огромный волк остановился, вырывая из-под лап землю, его глаза расширились и налились кровью, а пасть оскалилась. Амина! Его сознание скрутило болью, и Дрейк взвыл. Его Амина в беде!

— Дрейк! — проорал Картер, заметив, как изменился его друг, выглядя, точно чудовище с картинок, и понесся в другую сторону. — Твою мать, — прошипел он и, тоже перекинувшись, рванул за Дрейком.

Два волка вылетели во двор дома Дрейка и перекинулись в людей. Дрейк сходил с ума, его мозг трещал по швам, сдавливаемый паникой и болью. Он чувствовал дикий страх, ведь его любимая и ребенок находились в опасности.

— Что за дерьмо? — прорычал Дрейк и наклонился к камню, валявшемуся на земле. Увидев на нем кровь Амины, он сдавил его в ладони так, что тот раскололся по полам.

— Успокойся! — приказал Картер, видя, как Дрейк весь трясется и буквально дымится от злости.

— Успокойся?! На этом камне кровь Амины, черт бы все это побрал!

— Я понял, что там ее кровь. Нужно выработать план действий, а не исходить от злости ядом. Думай трезво, иначе от тебя никакого толку для них не будет.

— Как сученыш Вергилий пробрался на территорию стаи, Картер? Какого гребаного хрена сюда пускают любую мразь?! Что с законами?!

Картер не стал отвечать Дрейку так же, на повышенных тонах, отлично понимая его состояние. Случись такое с Эми, он бы уже точно кому-то шею свернул в порыве злости. Вместо этого он быстро отыскал в доме друга одежду и направился для разговора с охраной. Вот сейчас чьи-то головы полетят с плеч.

— Кто такой Брайн, и какого хера Амина впустила его к себе домой? — задал вопрос Картер, сверля Дрейка взглядом.

—Брайн? — брови мужчины поднялись. — Он сидел со мной в одном карцере… Он не мог выбраться оттуда никак, я уверен.

— Ты, придурок, его подослали специально. Почему ты не сказал ей, что нельзя доверять никому вообще из Лунных Земель? Оттуда не могут прийти с добром. Он просил у нее помощи, мол, сбежал из этой тюрьмы. Дрейк, женщины слишком эмоциональны, в ней взыграли жалость и желание помочь! Ты должен был предвидеть все возможные варианты развития событий!