Песнь дружбы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Герман взглянул на Бабетту.

— Неужели она так и сказала? — спросил он.

— Да, именно так! Она еще сказала: «Герман ничего не знает. Что он скажет, когда узнает?»

Бабетта раскатала тесто по столу, натерла его мукой. Затем разделила ножом на шесть частей, перемяла каждый из шести хлебов, пришлепнула, придала им нужную форму и наконец сложила хлебы в плоскую плетеную корзинку. Но и работая так, что пот струился по щекам, она ни на секунду не закрывала рта. О чем она только ни говорила: о крестьянине Борге, который сидел за поджог, о Катарине Шейерман, задушившей своего ребенка, — Бабетта жалела ее мать. Но в конце концов она опять завела речь о Христине. Разумеется, у такой хорошенькой девушки, да еще с деньгами, ухажеров много. Ах, как они вокруг нее увиваются! Таковы уж мужчины. Да, лакомый кусочек! Бабетта визгливо рассмеялась. Этакое приданое, да и сама девушка уж больно хороша!

Вот, например, Вальтер, сын Борнгребера, владельца лесопильни. Старый Борнгребер сам говорил со Шпаном. Но Шпан только пожал плечами. Этот Вальтер — просто ветрогон. Никогда в жизни не занимался ничем путным, хотя ему уже двадцать пять лет, а воображает о себе бог весть что.

Но потом появился другой. Это уже было дело иное. Герман не поднимал головы — он пробовал острие своего складного ножа. Так вот, явился молодой господин фон Дитлей, и весь город только и говорил что о нем. Молодой фон Дитлей вернулся с фронта, раненный в грудь и худой как смерть. Ну, этот господин фон Дитлей стал ежедневно заходить в лавку Шпана за какой-нибудь покупкой, лишь бы повидать Христину. Христина сама рассказывала ей. Он так открыто ухаживал за девушкой, что все заговорили об этом.

Герман покачал головой. Он приложил нож к большому пальцу и вскрыл нарыв.

Бабетта болтала без конца. Но и этого жениха Христина не очень-то жаловала. А ведь он был из самой лучшей семьи, и она могла сделать хорошую партию. Теперь он в санатории в Швейцарии.

— Нет, она ни на кого не обращает внимания, — сказала Бабетта. — Но о тебе она справлялась каждый раз!

И, так как Герман ничего не отвечал, она добавила:

— Можно подумать, что она ждет кого-то!

Операция была закончена. Герман протянул Бабетте палец, обернутый тряпочкой.

— Завяжи, Бабетта! — попросил он. — Потуже! Мне не больно.

Он вдруг страшно заторопился. Ему нужно немедленно приниматься за работу. Бабетта удержала его.

— Послушай, Герман, — начала она, и в ее голосе зазвучали странные, обидчивые нотки. — Ты давеча сказал…

— Что я сказал?

— Что вам скоро придется самим варить суп. Мне это обидно, Герман, мне это, право же, обидно! Неужели я это заслужила?

— Да погоди, Бабетта! Я ведь не думал ничего плохого! — Он обнял ее за плечи.

— Ведь я только так, между прочим сказала, что у меня четыре с лишним тысячи марок в сберегательной кассе! Никаких дурных намерений у меня при этом не было.

Она провела рукой по глазам. Теперь все ее лицо было перепачкано мукой.

— Почему ты не берешь этих четырех тысяч, Герман? — вдруг спросила она.

Герман опустил глаза.

— Что ты хочешь этим сказать? — Он покраснел.

Она хотела… Ну, словом, она хотела сказать, что он может взять эти деньги, если ему нужно. Ведь они пригодились бы ему для хозяйства!

— Ты очень добра, но этого никогда не будет!

Герман принадлежал к числу людей, умеющих только давать, но не брать.

— Ты же сможешь мне их потом отдать! — воскликнула Бабетта.

— Никогда, ты ведь меня знаешь. Спасибо, Бабетта, но я не возьму.

Герман вышел.

Бабетта тихонько заплакала. Почему он так высокомерен? Зачем обижает ее? Ведь она уже почти десять лет живет в Борне!