— О, Ксанни, — говорю я, кладя руки ему на грудь. — Ты сможешь справиться с моим мужем, не так ли? — Я поддразниваю. — Большой плохой байкер на самом деле не боится претенциозного принца мафии?
— Я не боюсь его, Коротышка. Я просто действительно предпочел бы не ломать свой нос, и чтобы мы оба не провели ночь в камере. Не тогда, когда он собирается провести ночь внутри тебя.
— Ты злой, Ксанни. — Я подмигиваю. — А теперь соберись с духом и пошли. Мне нужно подвигаться.
20
ТЕО
— Где она? — Я рычу в ту секунду, когда присоединяюсь к остальным в фойе отеля.
Я зол. Действительно чертовски зол.
Не на нее за ее маленький трюк с камерой. Или даже Себа, который явно все подстроил.
Я чертовски зол на себя за то, что позволил ей уйти, как будто она только что выиграла.
Она так и сделала. Мы оба это знали.
Но, черт возьми. Я не могу выкинуть из головы темный, голодный взгляд ее глаз, когда она смотрела на меня сверху вниз.
Я должен был добраться до нее раньше, должен был повалить ее на себя и положить конец этой гребаной глупой игре, в которую мы играем.
Она приехала сюда на эти выходные.
Ко мне.
И мы, блядь, не уйдем, пока не разберемся с этим дерьмом.
Все мое тело болит, хотя нигде так сильно, как мой член.
Искушение бросить ей вызов было сильным, чертовски сильным, когда я стоял в душе с моим твердым членом, подпрыгивающим у меня между ног, и образами ее в моей голове.
Но я этого не сделал.
Я не сделал этого, потому что хочу доказать ей, что я серьезен. Что я не воспринимаю все это как шутку. И самое главное, что я не лгу ей.
— Она… эм… она ушла раньше с Ксандером, — говорит Стелла, с беспокойством поглядывая на Себа.
Я понимаю, все они были свидетелями того, как я терял самообладание из-за мелочей, особенно когда дело касалось моей единственной слабости в жизни.
Эмми Чирилло.
Одна мысль о ее фамилии, о том, что она принадлежит мне, заставляет мой член дергаться.
Она, блядь, моя. И к концу ночи каждый ублюдок в этом городе узнает об этом. Включая саму девушку, которая так чертовски старается поддерживать свои стены вокруг себя, что я действительно впечатлен.
Но все это заканчивается сегодня вечером.
— Поехали, — рявкаю я, открывая пассажирскую дверь одной из машин, которые нас ждут.
Поворачиваясь назад, прежде чем упасть внутрь, я лаю. — Себ, ты и Стелла в другой машине.
Себ ухмыляется мне, и я просто даю ему отмашку. Я ни за что на свете не потерплю, чтобы эта парочка трахалась всухую или, что еще хуже, прямо сейчас у меня за спиной.
— Я не поеду с ними, — огрызается Алекс, бросаясь к машине, которую я выбрал. — Пошли, малышка Си, я согрею тебя.
Она смотрит на него, ее губы кривятся от отвращения.
— Тронь меня, и я воспользуюсь ножом, который Стелла подарила мне на Рождество, — шипит она.