И так она и оставалась. Каждый. Блядь. День.
Я провел день, занимаясь всякой хуйней и просто ожидая появления Эмми или хотя бы ответа. Но у меня ничего нет.
На самом деле, я понятия не имел, что мир все еще существует за пределами моей квартиры, пока мой звонок не прозвучал позже тем вечером.
Я знал, что это будет один из парней. Это было идеальное время для них, чтобы закончить обучение и вернуться домой.
Единственный из нас, кто еще не переехал в здание, — это Алекс. Если бы я в последнее время обращал внимание на что-либо за пределами моей собственной драмы, я мог бы знать, почему он тянет с этим.
Я думал, что он был бы первым, кто переехал сюда, поскольку он практически жил со мной в моем старом доме. Казалось, он никогда не стремился домой, поэтому я удивлен, что он хочет этого сейчас.
Оттолкнувшись от дивана, я подхожу к своей двери и открываю ее, не потрудившись взглянуть на экран. Это был бы один из четырех человек.
На самом деле, вероятно, один из трех.
Я не думаю, что Тоби придет проведать меня. У него сейчас достаточно своего дерьма, чтобы беспокоиться о моем.
— Хорошо, — бормочу я, когда вижу, что Себ смотрит на меня с пустым выражением лица.
Он не говорит ни слова, когда я открываю дверь шире и приглашаю его войти.
Я знаю, что он зол на меня. Он дал это понять более чем ясно, так как я признался, что знал, что он и Эмми были двоюродными братом и сестрой.
— Хороший день в школе? — Спрашиваю я, открывая холодильник и хватая два пива, бросая одно в него.
— Ты слышал, что делает твой отец?
— Надеюсь, нашел, а теперь пытает Луиса гребаного Вульфа.
— Уверен, что это в его списке после вчерашнего. Но нет.
— Ты собираешься сказать мне, или я должен догадаться? Потому что я должен сказать тебе, что если это касается моего отца, это может быть что угодно, черт возьми.
— Он организовал для Джонаса — версии без мафии, любящего отца — гребаные похороны.
Мои глаза расширяются.
— Но он не мертв. Ведь так? — Я спрашиваю. Последнее, что я знал, он все еще сидел в луже собственной мочи в камере, чтобы Тоби мог поиграть с ним, когда ему захочется.
Честно говоря, я не думал, что Тоби согласится на пытки, но этот ублюдок действительно помог ему принять своего внутреннего монстра, потому что он так чертовски жаждет этого. Каким он и должен быть после того, как Джонас обошелся с ним, Марией и Стеллой.
— Нет, он не такой. Твой отец инсценировал его смерть, чтобы закрыть эту историю для другой его семьи. Очевидно, он умер перед Рождеством.
Я провожу рукой по лицу и потираю грубую челюсть. — Иисус, блядь, Христос. Почему он думает, что это хорошая идея?
— Понятия не имею. Тоби чертовски взбешен.
— Я могу себе представить. Когда это произойдет?
— На следующей неделе.
Я выдыхаю и откидываюсь на диван, пытаясь представить, что сейчас чувствует Тоби.
Эта гребаная пизда не заслуживает похорон или того, чтобы кто-то оплакивал его кончину.
Единственное место, куда он должен отправиться прямо сейчас, — это ад за то, через что он заставил пройти свою настоящую семью.
— Я думаю, твой отец просто пытается облегчить жизнь другой его семье.