Орден Харона: читать начало книги онлайн

Несколько дней подряд Элизабет прожила в строгой дисциплине, выполняя это задание. Каждое утро, едва проснувшись, она садилась за письменный стол и составляла список того, что еще нужно приобрести в квартиру, прежде чем отправиться за покупками.

В первую же из подобных вылазок Элизабет купила свежий номер «Морнинг пост», а также старые выпуски за предыдущие несколько дней, в поисках сообщений о собственной смерти. И о событиях в особняке мистера Фокса. Но она нашла лишь небольшую заметку о гибели Уильяма Уорда при «печальных обстоятельствах» в какой-то переделке. И всего лишь одну строчку о выловленном из Темзы теле девушки – ни имени, ни связи с Уордом. Что же касается вечера у Фокса, другая короткая статья упоминала о случайном отравлении нескольких представителей высшего света. Тёрнер был прав: смертные всегда найдут объяснение, лишь бы не признавать, что столкнулись со сверхъестественным.

Закончив читать, Элизабет решила отвлечься и, как и задумала накануне, прежде всего отправилась за подушками и изящной ширмой с осенним пейзажем для своей библиотеки.

Квартира с каждым днем наполнялась мебелью, однако настоящая работа начиналась после полудня, когда Элизабет отправлялась исследовать незнакомые ей прежде районы Лондона. Она брала с собой блокнот, несколько карандашей и зонтик. Надев ботинки покрепче, девушка шла бродить по городу: Пикадилли, потом – Вестминстер и Саут-Банк… Столько районов, в которых Элизабет не успела побывать за свою жизнь. Каждый раз она останавливалась в кафе, чтобы выпить чаю и съесть пирожное. Затем старательно записывала увиденное за день. Особенности архитектуры какого-нибудь здания, название кафе, уличную сценку, привлекшую внимание, – всё, что могло ее как-то вдохновить или помочь с конкретными деталями для собственной истории.

Элизабет потребовалось около десяти дней, чтобы придумать персонажа, в образе которого ей было бы комфортно.

Так Элизабет стала дочерью пары подёнщиков из Челси, подрабатывающих на разных заводах ради скромного заработка. Этот район буквально кишел подобного рода людьми, поэтому никто не знал, кто на кого работает, – так часто рабочая сила перетекала с одного завода на другой. Любому, кто решит покопаться в прошлом Элизабет, пришлось бы потрудиться, чтобы опросить всю округу и не вызвать подозрений. Такой вариант новой личности был в должной мере конкретным, чтобы ответить на большинство вопросов (Элизабет даже выучила наизусть названия улиц и фабрик, чтобы показать, что она там выросла), и при этом достаточно расплывчатым. Невозможно доказать, что ее родителей никогда не существовало. Она выбрала себе любимые места в Челси. В одном из пабов хозяин заведения даже извинился перед девушкой за то, что не признал постоянную посетительницу. Челси представлялся ей идеальным районом: везде проживало и работало столько людей, что хозяева этих мест не могли с точностью подтвердить, находился ли там какой-то конкретный человек. Наконец, Элизабет надо было определиться с призванием. Но что выбрать? Она должна служить Ордену, не привлекать внимания и, ко всему прочему, зарабатывать себе на жизнь. Но что она умела, кроме как…

Элизабет поняла, что решение с самого начала находилось прямо у нее под носом. Она не станет писать для журналов, нет. Кроме того, наверняка найдутся те, кто еще помнит, как девушка обивала пороги редакций. Нет, она будет писать для себя. Разве можно найти прикрытие лучше, чем работа дома? Элизабет приняла решение: первой из ее многочисленных жизней станет жизнь писательницы.

Она уже заканчивала краткое описание своей новой жизни, когда в дверь постучали. Элизабет поспешила открыть, спрашивая себя, кто же посетил ее на этот раз. Дверь широко распахнулась, и за ней показалась промокшая под проливным дождем голова с проседью – невозмутимый Тёрнер.

– Доктор Тёрнер! – радостно воскликнула Элизабет. – Чем обязана столь приятному визиту? Проходите!

– Боюсь, у нас нет времени, – бесстрастно ответил он. – Вам письмо.

– Письмо? – Элизабет с минуту разглядывала руки Тёрнера, но в них ничего не было. – И где же оно?

– У Изольды. Письмо прислали из Венеции.

– Венеции? – удивилась Элизабет. – Но…

– Возьмите плащ, на улице дождь. Следуйте за мной.

Не дожидаясь, пока девушка оправится от новости, он начал спускаться по лестнице. Элизабет спешно схватила плащ, захлопнула дверь и побежала вслед за доктором. Тот ожидал ее уже у выхода. Его экипаж почти дрожал от удара крупных капель – на Лондон обрушился настоящий потоп. Тёрнер поспешил открыть дверцу Элизабет и сел на место кучера. Секунду спустя он уже держал в руках вожжи.

Изящный экипаж мчался по улицам британской столицы под проливным дождем. Элизабет рассматривала в окно укрывшихся под навесами людей – они ждали, пока ливень закончится, подняв глаза к небу. Девушка спрашивала себя: сколько раз ей доводилось прогуливаться по тротуарам, когда совсем рядом проезжала карета с Возвращенными – членами старинного секретного ордена, о существовании которого она даже не подозревала.

Наконец они подъехали к роскошной резиденции Изольды. Мокрый от дождя Тёрнер помог Элизабет выбраться из экипажа, и они вошли в здание. По дороге Элизабет услышала, как Тёрнер тихо ворчал – так тихо, что только другой Возвращенный мог его расслышать. Он выжал насквозь промокшие рукава плаща.

– Почему Изольда не отправила Хэнка? – спросила Элизабет, едва сдерживаясь, чтобы не посмеяться над Тёрнером.

– А вам бы хотелось? – сухо ответил он.

– Я спросила только потому, что Хэнк сделал мне подарок и мне кажется важным его отблагодарить.

Заинтригованный Тёрнер остановился в нескольких метрах от входа в апартаменты Изольды и усмехнулся.

– Подарок от Хэнка? – хитро спросил он. – Ну надо же!

– Он подарил мне мою старую библиотеку. Она очень важна для меня. Но парнишка просто оставил книги у двери, и я не смогла его поблагодарить. Я даже ничего не слышала!

– Он просто воспользовался своим оболом.

– Его обол – стать невидимым, но не бесшумным, не так ли? – спросила Элизабет.

– Вы еще многого не знаете! – развеселился Тёрнер. – Невидимость – это самое простое, что можно сказать о его оболе. Но на самом деле из-за своей вечной застенчивости он способен избежать любого восприятия. Он всегда где-то рядом, шумит, суетится, а вы просто ничего не замечаете. Одна мысль о том, что этот робкий мальчишка умеет манипулировать чужим разумом, как ему заблагорассудится, чтобы притвориться, будто его здесь нет… бесит меня.

– Тёрнер! – воскликнула Элизабет, возмущенная высокомерным тоном своего собеседника. – Он не выбирал свой обол и не пользуется им вам во вред, насколько я знаю! Этот юноша очень добр, и не могли бы вы тоже относиться к нему соответствующим образом?

– Добр? – повторил Тёрнер с широкой ухмылкой. – Скажите, мисс Блэк, а вы надолго оставили дверь открытой, когда переносили книги в квартиру? Откуда вы знаете, что этот хорек не проник к вам домой и не пялился на вас, пока вы ни о чем не подозревали?

– Тёрнер!

Элизабет схватила Тёрнера за рукав, но тот лишь рассмеялся, гордясь своим предположением. Он продолжал хохотать, несмотря на очевидное возмущение на лице Элизабет, пока они не вошли в апартаменты Изольды.