– Изольда вряд ли разрешит. Скорее всего, тебя будет сопровождать Дункан.
– Доктор Тёрнер?
– Не называй его так! – рассмеялась Беатрикс, прижав ее еще сильнее. – Зови его Дункан! Может, вид у него и грозный, но на самом деле это не так.
– Но почему Изольда не позволит тебе сопровождать меня?
Элизабет почувствовала себя глупо, когда Беатрикс снова прижала палец к губам.
– Скажем так, я привлекаю больше внимания, чем Дункан, поэтому редко занимаюсь контрактами. Я помогаю Ордену другими способами. Ты видела, как Дункан разом покончил с четырьмя контрактами, подменив страницу фолианта с помощью своего обола? Так вот, фальшивая страница – моих рук дело.
– Кстати, а какой обол у доктора… у Дункана? – спросила Элизабет.
– Его обол позволяет маленьким предметам появляться и исчезать по усмотрению Дункана. – Беатрикс рассмеялась, заметив на лице Элизабет разочарование. – Ты представляла себе что-нибудь грандиозное, не так ли? Извергать огонь, метать молнии… Но не стоит недооценивать его обол.
– А какой обол у тебя?
– Я могу создавать что угодно из неживой материи. Благодаря такому оболу мне гораздо легче заниматься любой художественной деятельностью, как ты можешь себе представить. А с веками практики… Моя задача в Ордене, как я тебе говорила, состоит, например, в подделке нужных организации документов. Я могу быть полезной и другими способами, но об этом ты узнаешь со временем.
С улицы послышался шум экипажа. Беатрикс подошла к окошку и воскликнула:
– Ах! Кажется, меня ждут. Изольде наверняка не терпится выслушать мой отчет.
– Ты скоро вернешься? – спросила Элизабет.
– Конечно! – взволнованно ответила та. – И если тебе что-нибудь понадобится…
Она сунула записку со своим адресом в руку Элизабет и поцеловала ее в лоб. Перед тем как уйти, Беатрикс пальцем показала на пустую квартиру.
– А теперь постарайся здесь немного обустроиться! Купи мебель и начни новую жизнь. Я позабочусь, чтобы Изольда дала тебе достаточно времени. И самое важное – береги себя!
Они обнялись в последний раз, а затем Беатрикс накинула траурную вуаль, чтобы спрятать лицо, и вышла из квартиры. Как только дверь закрылась, Элизабет повалилась на кровать, пружины протяжно скрипнули.
Девушка мысленно поблагодарила Беатрикс: ей так нужно было поговорить с кем-то вроде нее.
Глава двенадцатая
Письмо из Венеции
Элизабет решила последовать советам Беатрикс.
На следующий день она купила себе небольшой секретер, обеденный стол, несколько стульев и комод, которые тут же доставили к ней домой. Потому что теперь это место было ее домом, хотя бы и на время. Беатрикс права: ей никогда не станет легче, если она не создаст себе подходящую атмосферу. Но самое важное из того, что сказала женщина с голубыми губами, касалось ее собственной смерти. Элизабет знала, что никогда не справится с болью, но, раз уж девушка не может избавиться от нее, при мысли, что она всё-таки увидит когда-нибудь родителей, становилось легче. Пусть и по ту сторону Стикса, но она с ними встретится. Они прощались не навсегда, лишь на время, утешала себя Элизабет в моменты, когда к горлу подкатывала грусть. Однажды вечером, пока она повторяла себе шепотом слова Беатрикс, чтобы прогнать печаль, кто-то постучал в дверь.
Было десять часов вечера, и Элизабет уже переоделась в ночную рубашку, поэтому лишь слегка приоткрыла дверь, чтобы посмотреть, кто там пришел. Она прикрыла рот ладонями, едва сдержав крик удивления.
За дверью девушку ожидал не человек.
А ее библиотека.
Та самая, из прошлой квартиры, из прошлой жизни. Элизабет замерла на лестнице, переполненная эмоциями от происходящего. Благодаря обострившемуся обонянию девушка почувствовала аромат бумаги, который так любила, – аромат долгих часов, проведенных в мечтах, самый лучший запах на свете. Однако через мгновение до нее снова донесся запах гниения и прервал ее мысли. «Так пахнет моя собственная смерть», – подумала она, до сих пор не привыкнув к подобному положению дел. Элизабет окинула взглядом лестницу, даже подбежала к окошку, чтобы посмотреть на улицу, но от таинственного доставщика не осталось и следа.
Убедившись, что никто из соседей за ней не наблюдает, Элизабет решила: настал момент проверить, увеличилась ли ее физическая сила с тех пор, как она стала Возвращенной. Неуверенно просунув руку под увесистую стопку книг, девушка заметила, что ей не составит труда ее перенести. Элизабет приподняла груду книг, будто она ничего не весила, и отнесла к себе в квартиру.
Со стопки упала записка, и Элизабет улыбнулась, прочтя ее вслух:
– «Простите. Хэнк».
Она рассмеялась. Ей даже стало стыдно за то, что Хэнк почувствовал себя настолько неловко, что выкупил ее старую библиотеку и принес сюда. Тем не менее это было так очаровательно, так трогательно, что Элизабет не могла сдержать радость. Она отнесла книги в угол комнаты и пообещала себе установить здесь ширму и положить подушки, чтобы снова создать уютный уголок, где она сможет спрятаться когда угодно. Элизабет уже представила, как расскажет об этом событии Беатрикс. Однако, вспомнив о ней, Элизабет вернулась мыслями и к своим обязанностям. Когда Беатрикс давала советы, чтобы помочь девушке выдержать самый трудный этап новой жизни, она также предложила ей обдумать кое-что другое, не менее важное, – создать себе новую личность.
Для тех, кто любит читать, персонажи книг – не просто слова, напечатанные на бумаге, они – живые. У них есть лица, улыбки, голоса, а самое главное – история. Элизабет прочитала сотни книг и встретилась с тысячами персонажей. Она знала, отчего они кажутся достоверными, практически реальными. Где, как не в книгах, искать вдохновение, придумывая себе новую жизнь?