Накоротке повспоминав кое-какие эпизоды из того минувшего лихолетья, Костя расстался с Жорой. Бывший друг боевой укатил с обраткой в родной город Измаил.
В этот непогожий ноябрь Инга нечаянно забеременела. Она родила сына. Отчего смягчилась к ней Мария Ермолаевна, невеликая росточком свекровь, но властная еще старорежимная педагогиня, воспитанная на культивированной педагогической строгости, на незыблемой верности павшему мужу-коммунисту, защитнику. И так Инга уже навсегда задержалась в доме Константина Махалова, мужа, как считала она, несносно-несобранного, порой даже безответственного, не равного ей, умнейшей. И никто из знакомых даже не чихнул оттого, что Нина Павловна, судья, крестная ее, наконец-то, вырастив самостоятельных сына и дочь, рассталась насовсем с мужем-комедиантом из-за его пагубного пристрастия к выпивке, моральной неустойчивости, скандальности, его нежелания или неумения держать себя в цивильных житейских нормах, обязательное условие которых просто, вечно: надо жить для того, чтобы любить, и любить для того, чтобы жить.
Да проще этого ничего не может быть.
Что, нас пьянит поэзия заблуждений? Путы добровольные? Тогда пиши: пропало все. Не воздастся житие.
VШ
В переполненном утреннем автобусе, только что он остановился, возникла отчаянная давка; на выходе из него образовалась пробка – сразу никто не мог выйти. И довольно долго слышалась возня и шумели пассажиры. Здорово толкали и стоявшего Антона Кашина.
– Ой, дайте, дайте сначала зайти, а потом уж выходите, люди!
– Нам лишь бы шиворот-навыворот… Как хочу наворочу…
– Да вытолкните вы бабусю, ведь люди спешат на работу!
– Я тоже, чай, не бездельница… Внучат пестую… Только попробуйте!..
– Здесь, дама, выходите?
– Нет… Пожалуй, на следующей…
– Так чего же лезете напролом?
– Меня волокут с собой… Ой, сумку, сумку-то отдайте, не тащите!
– А Вы не выставляйтесь! Тоже, растопырилась…
– Ну, сама такая… Пролезайте! Что застряла?
– Подтолкните же ее! Уф, какая толстая! Разъелась…
– Она – в аккурат моя теща: тянет-потянет – вытащить себя не может.
– Однако… Я прошу… Без оскорблений… Ух!
– Все, водитель! Поезжайте! Мы опаздываем!
– Позвольте, гражданин… Оглохли?
– А? Чего изволите, гражданка?
– Вы стоите на моей ноге! Больно – отдавили!
– Разве? Я не чувствую.
– Вот дундук неполированный!
– Комедь!
– Жуткая! – подхватил другой парень. – Может, Гоша, махнем сегодня на эту английскую кинокомедию? Которую пустили в «Великане».
– А ты слышал, какая она?
– Что, фуфло?
– На ней от глупого смеха челюсти сводит: идиотом себя чувствуешь…