От ее искренней улыбки и теплоты, исходящей прямо из сердца, хотелось петь.
– Мы сами, – пролепетала Софи, смущаясь. Все расхохотались, вскоре и малышка заливалась звонким, заливистым смехом.
" Все в силе. Жду вас в 21:00."
Я набрала СМС Веронике и сразу же отправила, не дожидаясь ответа. Пока Милена о чем-то шепталась с бабушкой, я попросила Антона отойти в другую комнату.
– Ты хотела о чем-то поговорить? – Поинтересовался Антон. Он присел на край белого подоконника, складывая руки на своей груди.
– Я хотела попросить об одолжении, – запинаясь, пробормотала я.
От неловкости момента пальцы ныли: заламывая их в разные стороны, я попыталась правильно подобрать слова.
– Мне нужны деньги. Ты ничего не подумай, не на прихоти, – чуть ли не шептала я. – У меня висит долг за коммунальные услуги, было несколько предупреждений, и я боюсь, что скоро точно смогу перебраться сюда.
– Подожди. Хочешь сказать, что Леха не платил по счетам? – Озадаченно поинтересовался он.
– Нет, все не так. Он не успел заплатить, погиб за неделю до срока. Я не смогу сама оплатить, почти все его с мамой деньги ушли на похороны. Мне пока хватает своих накопленных, но я уже задумываюсь над подработкой, – легкие спирало, щеки пылали от ничтожности ситуации: впервые в жизни я просила занять мне денег. И поверьте, это не самое приятно брать у кого-то в долг.
– Эй, не переживай, конечно, я одолжу, – Антон отошел от подоконника, направляясь в мою сторону. Прижал меня к себе, поглаживая макушку волос широкой ладонью.
– Спасибо.
Уткнувшись носом в его футболку, я дышала, глубоко дышала, ощущая отсутствующую отцовскую заботу. Пусть папы больше нет, но Антон всегда мне был вроде запасного, который всегда поддержит, и я за это безумно благодарна ему.
– Малышка, по-моему, кое-кто обещал мне станцевать, – его слова эхом отразились в груди, медленно доходящие до моего слуха.
– Будет тебе танец, – посмеялась я.
Мы попрощались с Софи, и выдвинулись домой. Антон вызвал другое такси, сославшись на какие-то дела в бывшей отцовской компании, а мы с Миленой спешили домой.
– Я должна тебе кое-что показать, – радостно всплескивая руками, девушка схватила меня за руку, втаскивая в свою комнату. Она вытащила из гардероба огромный чемодан, располагая его прямо в центре спальни.
– Вау, – вырвалось у меня, когда крышка чемодана с грохотом открылась. Столько нижнего белья и платьев я еще не видела.
– Я знала, что тебе понравится, – заметила Мила.
Перебирать кучу всякого кружевного, просвечивающего белья мне в жизни еще не приходилось. Время летело так, что мы сами не заметили, как в комнату постучались. Я с громким визгом дернулась к окну, прикрывая ноготу шторой.
Прыснув от смеха, Мила вышла за дверь, позволив мне одеться. Попрощаться с девушкой не получилось, Антон в буквальном смысле затолкнул ее в свою спальню: было неловко, когда до моего слуха доносились короткие стоны, тихие визги и ужасный скрип кровати, в то время, когда я пыталась уснуть. Хоть у кого-то все прекрасно с личной жизнью.
***
Подготовка к предстоящей вечеринке шла полным ходом: Милена с самого утра суетилась на кухне. Вся барная стойка к моему пробуждению была заполнена многочисленными закусками и салатами. Не знаю, кто это все будет есть, но уж точно не подростки.
Антон помог мне прибраться в гостиной, и в комнатах для гостей. Скопилось слишком много пыли: местами можно было подумать, что это какая-то защитная клеенка.
Я чуть ли не валилась с ног, когда стрелка часов плавно перескочила шесть вечера: оставалось каких-то несчастных четыре часа. Желудок взбунтовался, требуя хоть малую часть еды, хоть кусочек. А я не могла поднять свою попу с пола. Все конечности будто онемели, превратились в жижу. С лица струйками скатывался пот: наверняка я пахла не лучше сантехника. Милена выглядела не лучше, но ее бодрость меня убивала, удивляться тут нечему: сладкая ночь и крепкий сон говорят сами за себя. Мои ничтожные пять часов мучений, чем сна, в прямом смысле читались по лицу. В этом я как раз убедилась, когда девушка с силой затолкнула меня в ванну. Запотевшее после душа зеркало, будто кричало мне: "Ужас! Ты посмотри на себя! Из красивой девчонки превратилась в ничтожество, в гадкого утенка!". Я абсолютно точно ощущала на себе его смешки. Мурашки пробежались по коже. Уверена, что потихоньку схожу с ума.
– Ты долго, – девушка стояла у окна, примеряя золотистые короткие шорты и черную кофточку. Длинные загорелые ноги смотрелись потрясно: четкий рельеф мышц; красивые икры, все будто кричало о том, что она сошла с обложки журнала.
– Кхм, – откашлялась я. – Никак не могла расслабиться.
– Понимаю. Ну, а теперь пора тебе принять мой подарок. Уверена, будешь в восторге, – Милена подняла с пола большую прямоугольную коробку, и вручила ее мне.
– Не знаю, что там, но уже руки чешутся открыть ее, – любопытство плескалось во мне, угрожая вот-вот выйти за границы и пролиться наружу.
– Это не обсуждается, открывай прямо сейчас, – улыбка окрасила ее милое лицо.