– Я Арсения, но можно просто, Сеня. Я обязательно ее пожму, когда Антон соизволит поставить меня на землю, – с хохотом ответила я.
– Антон, пусти ее, себя побереги, все-таки не молодой уже, – игриво толкнув мужа в плечо, прощебетала Милена. Было слишком шумно для знакомства, тем более для теплых объятий и далеких воспоминаний.
– Так, давайте выбираться отсюда, Софи устала, такси ждет у выхода, – я схватилась за ручку одного из чемоданов, и поспешила к выходу.
В дороге малышка незаметно уснула прямо на моих коленях. Во сне она казалась еще более невинной, чем когда либо. Маленькие щечки пылали легким розовым румянцем, а черные реснички то и дело дрожали. Все происходящее до жути напоминало о семье. Я прикусила нижнюю губы, пытаясь сдержать рвущиеся на свободу слезы.
Милена помогла мне перенести Софи в комнату: я двигалась как можно тише, чтобы не разбудить принцессу. Девушка чмокнула ребенка в щечку, погладила по голове, и тихонько вышла, прикрывая дверь.
Антон вовсю хозяйничал на кухне: кофеварка активно шумела, вся гостиная пропахла кофе. Мы с Миленой устроились друг напротив друга, я разместилась в кресле. Девушка мило улыбалась, иногда опуская взгляд вниз, будто стесняясь.
– Сенька, а ничего не изменилось. Все по-прежнему на своих местах, будто и не уезжал, – заметил дядя. – Только вот атмосфера другая, жаль, что не успели поболтать с Лехой, – прохрипел он.
– Это точно, папа был бы рад видеть тебя.
– Сень, мне так жаль, самому все еще не верится, что их больше нет, – Антон поставил свою кружку с кофе на столик, заключая меня в объятия. – Ты только держись, я помогу, чем смогу.
– Спасибо, – сглатывая ком в горле, прошептала я. – Лучше расскажите, как это жить в Америке.
Я с любопытством оглядела Милену, а затем и дядю.
Весь оставшийся день, вечер и чуточку ночи мы говорили, говорили и говорили, пока не обнаружили, что жена Антона мирно посапывала на его плече. Пожелав спокойной ночи, я погасила свет и закрылась в своей комнате. Сон обходил меня стороной несколько раз подряд. При каждой попытке я натыкалась на тот же кошмар, преследовавший меня после аварии. Прокручивая каждую секунду в голове, каждый миг, я пыталась найти что-то, что поможет найти виновника. Но все в пустую, ослепительная вспышка света портила всю картинку. Я запомнила лишь силуэт. Было очевидно, что он принадлежал мужчине.
Когда часы на будильнике оповестили о том, что уже четыре утра, я решила принять снотворное: таблетки быстро помогали, мне их прописали после аварии, ссылаясь на возможную потерю сна. Максимально расслабившись, я позволила лекарству подействовать.
Глава 16
– Нет, вы останетесь здесь! – Возразила я. – Я слишком долго тебя не видела, и ты хочешь свалить в отель, чтобы не портить мне праздник? Серьезно? – Возмущение плескалось в венах, пронизывая сердце насквозь.
Антон с Миленой завтракали на кухне, когда я предложила им отпраздновать этот Новый год вместе со мной. Малышка Софи послушно сидела на диване в гостиной, уставившись в телевизор: не думала, что дети вообще бывают такими спокойными.
– Малышка, ну мы совсем не молоды, чтобы присутствовать на таких вечеринках, – упирался Антон. – Да и Софи, куда ты предлагаешь нам деть? – А вот об этом я пожалуй, не подумала.
– Постойте! Бабуля уже виделась с принцессой? Уверена, она будет рада увидеть малышку, – предложила я, полностью довольная потрясающей идеей. Они переглянулись, будто обсуждая мое предложение, и согласно кивнули.
– Ура! – Крикнула я. – И да, на моего дядю ты точно не похож, – ухмыльнувшись, кинула я.
– Поосторожнее с замечаниями, – Милена угрожающе стрельнула в меня взглядом, на что я только расхохоталась и в знак примирения подняла руки.
Сразу же после завтрака, я позвонила бабуле и предупредила о приезде, но умолчала об Антоне. Почему бы не сделать сюрприз, она не равнодушна к этому парню с того времени, как папа начал дружить с ним.
Снег повалил еще больше, совершенно не могу вспомнить, когда в последний раз зима была такой снежной. Белоснежные хлопья невероятных размеров падали на все: крыши домов полностью закрыты; даже асфальта не видно. Снег то и дело прилетал прямо в рот, когда он открывался при разговоре.
Такси без всяких проблем и задержек подъехало к подъезду бабушки. В домофон звонила я, заранее предупредив дядю, чтобы держали рот на замке. Двери лифта раскрылись прямо напротив квартиры. Антон приподнял малышку, чтобы та нажала на кнопку дверного звонка. После второго, долгого нажатия дверь распахнулась, ударившись о бетонную стену.
– Антошка! – Воскликнула бабушка, сгребая в крепкие объятия парня. – Что же вы не сказали, что прилетели! – Бабуля умудрилась съездить ладошкой по его затылку.
В карих глазах блестели слезы. Вокруг глаз собрались небольшие морщинки, делая бабулю еще добрее; губы раскрылись в широкой улыбке, открывая белоснежные и ровные, для ее годов, зубы.
– Ай, Марина Александровна, за что? – Потирая ушибленное место, спросил Антон.
– За все хорошее, – усмехнулась она, заталкивая всех нас в квартиру.
Эмоции этой доброй, великодушной женщины просто не описать словами: она так обрадовалась, когда познакомилась с Софи, что расплакалась. Милену бабуля приняла хорошо. Она слишком чистый и добрый человечек, чтобы плохо относится к людям.
– Бабуль, а можно Софи останется у тебя на праздники? Просто мы устраиваем что-то вроде шумных посиделок, это не для нее, – допивая вторую кружку чая с сахаром, поинтересовалась я.
– Конечно, – отозвалась бабушка, усаживая девочку к себе на колени. – Не беспокойтесь, мы справимся и без вас.