Вошла Лея с подносом и кофе.
– Посидишь с нами? – мягко предложил отец.
– Нет, не хочу мешать… Я – у себя в комнате.
И она растаяла лёгким облачком. Глаза Вэйса засветились, как только Лея появилась. Наумов заметил и поинтересовался:
– Где жить собираетесь? В Листовом или здесь?
– Вы… Вы не против?! – изумился Алексей. – Вы отдадите за меня дочь?
– Ого, – хохотнул Александр Николаевич. – А до меня доходили слухи, что ты – не из тех, кто женится…
Потом он внезапно стал серьёзным:
– Если честно, когда дочь с тобой, я спокоен. И ещё… Думаю, ты сумеешь сделать её счастливой. Она уже ожила рядом с тобой.
– Александр Николаевич… Я… – взволнованно не находил слов Вэйс.
– С детьми только пока повремените… А, впрочем, как Бог даст.
В дверь позвонили.
– О! Сашка приехал, – обрадовался Наумов и пошёл открывать. – Лея, Байер пожаловал!
Лея уже бежала встречать. Секунда – и она висела на его шее, а он кружил её.
– Лисёнок! Хорошо выглядишь!
Вэйс с интересом разглядывал сына Берлинских знакомых.
– Сашка! Знакомься: молодой человек моей дочери. Алексей! Это – старший сын Байеров, – представил их Александр Николаевич.
Обычное рукопожатие, но чуткий Сашка сразу уловил во взгляде, в лёгкой улыбке притягательную силу Уварова. Она исходила мощным потоком, этакая спокойная уверенность. "Очень интересно! – подумал Сашка. – Второй Наумов, только намного моложе. Очень интересно!" Вэйс тоже отметил про себя проницательность этого лёгкого и солнечного парня.
– Ну что, в аэропорт, Александр Николаевич?
– Да, Сань, сейчас только сумку возьму.
Лея вскинула на отца растерянные глаза и прошептала:
– Как?! Уже?
Наумов прижал её к себе и поцеловал в волосы.
–Маме помочь надо, ты же понимаешь, маленькая моя… Лисёнок!
Потом добавил:
– Всё, что было в холодильнике, я с удовольствием умял: очень вкусно! Жаль, не поговорили, но я скоро приеду, девочка моя! Там, в гостиной, на полке, тебе подарок от нас с мамой. Откроешь, когда уеду.
На пороге Александр Николаевич обернулся.
– Бывай, Вэйс! Жду к себе в гости в Самару. Дарико будет рада.
И они пожали руки. Не стесняясь отца, Вэйс притянул к себе стоящую рядом Лею и обнял её. Байер только молча дивился.
Дверь закрылась. Они так и стояли в прихожей в обнимку.